18 Сентября 2021г., Суббота
  • $ 72.6
  • 85.5
Главная» Наука» Матвиенко & Капица: Математика это то, что русские преподают китайцам в американских университетах

Матвиенко & Капица: Математика это то, что русские преподают китайцам в американских университетах

Лев Московкин/ автор статьи

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко провела парламентские слушания «Научный кадровый потенциал страны: состояние, тенденции развития и инструменты роста».

Инициатива проведения парламентских слушаний принадлежит президенту РАН Александру Сергееву. Задачи – повысить авторитет научной деятельности и привлечь молодых к исследованиям. 2021 год объявлен Годом науки и технологий. Это повод привлечь внимание общества, государства и бизнеса к передовым исследованиям и разработкам.

Матвиенко подчеркнула, что мы всегда будем гордиться нашими учеными, которые шестьдесят лет назад открыли дорогу в Космос, а сейчас создали самую безопасную вакцину от коронавирусной инфекции. Символично, что в названии «Sputnik» сохраняется преемственность нашей научной школы.

Поставлена задача обеспечить присутствие России в десятке стран-лидеров по объему научных исследований и разработок. Матвиенко считает, что для этого ресурсов достаточно. В Послании парламенту президент объявил о направлении на научные исследования 1,63 трлн руб. до 2024 года. Справедливо, что общество ждет отдачи.

Наука в России финансируется преимущественно за счет государства. Соотношение с внебюджетными источниками — 70:30. За рубежом ровно наоборот. Матвиенко предлагает задуматься о стимулировании бизнеса к участию в развитии внуки.

«Всех и везде мы не обгоним, будем реалистами, но есть немало конкретных областей, где мы можем и должны бороться за лидерство и стать лидерами», — поставила задачу Матвиенко. Она  назвала фармацевтику,  генетику, энергетику, в том числе атомную, сельское хозяйство, экологию. То есть те сферы, которые напрямую касаются качества жизни.

Главный вопрос – состояние и перспективы кадрового потенциала страны. Вступил в силу закон об аспирантуре. Готовится законопроект о молодых ученых. Ученые не должны погрязать в закупочных процедурах, готовится вывод закупок реагентов и расходных материалов из-под 44-ФЗ о федеральной контрактной системе и 223-ФЗ о госзакупках. Идет реформа финансирования науки через бывший РФФИ, какой будет грантовая поддержка.

Матвиенко вспомнила высказывание Сергея Капицы: «Математика — это то, что русские преподают китайцам в американских университетах». Председатель СФ призвала оставить эту картину в прошлом, нам надо остановить утечку мозгов и стремиться к более амбициозной цели – обеспечить приток лучших специалистов со всего мира, возврат наших ученых, которые покинули Россию. Драматизировать этот вопрос нельзя, обратный процесс уже начался.

«Мы всегда открыты к сотрудничеству», — Матвиенко явно не хочет понимать, сколь опасна коллаборация, когда идет натуральная война против развития и конкретно против России как носителе развития.

Президент  Российской академии наук Александр Сергеев выступил жанре Зеленого из сказки Кира Булычева: «Что у нас плохого?»

Сергеев привел статистику. По числу исследователей мы опустилась с престижной четвертой позиции на шестую, пропустив вперед Германию и Корею. По относительному числу исследователей на сто тысяч населении мы на 27 месте. Во всех странах показатель растет, в России — падает. В инновационных странах около одного процента исследователей, при этом два процента ВВП идут в науку. В Британии и Франции 2%. В США, Германии и Японии — 3%. В Корее — 4,5%.

Число ученых со степенями сократилось до 75 тысяч кандидатов и 25 тысяч докторов наук. После отмены научной аспирантуры количество защит снизилось с 21 тысячи в 2012 году до 9 тысяч в 2019 году. Количество защит по итогам аспирантуры снизилось  до 9%. Конкурс в аспирантуру небольшой, стипендия — 9 тысяч. В Сколтехе стипендии 75 тысяч и конкурс тысяча человек на место.

Сергеев считает необходимым обеспечить всего пять тысяч защит, но очень качественных. Создать систему академического сопровождения талантливой молодежи.

Российская наука не является драйвером российской экономики. Только 5% опрошенных связывают будущее страны с развитием науки.

Сергеев полагает, что у России другой путь, вложения в человеческий капитал. Такие вложения не могут быть размазаны и должны сосредоточится на критических направлениях научно-технического прогресса. Это IT, биомедицина, новая энергетика, новые материалы. Вопрос – где взять средства хотя бы на эти критические направления? Потому что рост бюджетных инвестиций в науку маловероятен, у нас государство и так дает все, что может.

Президент РАН связывает надежды с возможностями естественного развития рыночной экономики и правильным государственным регулированием инноваций. Есть естественная потребность компаний осваивать новые рынки с новыми технологиями, иначе не будешь конкурентен. Такие компании развивают НИОКР и вкладывают в академический сектор для получения более глубоких знаний, которые потом вернутся прибавочной стоимостью. Эти компании вкладывают и в развитие кадрового потенциала высоких квалификаций.

Например, Росатом совместно с МГУ открывает центр физики и математики. Развивается взаимодействие с Газпромом и АФК-системой.

Неблагоприятные тренды развития научного кадрового потенциала Сергеев назвал частью системной проблемы малых инвестиций в науку. Надо сделать так, чтобы развитие науки и технологий как можно скорее стало причиной, а не следствием благополучия страны.

Президент Российского союза ректоров, ректор МГУ имени М. В. Ломоносова Виктор Садовничий сообщил, что в российских университетах работает 45% российских ученых. Обучается более четырех миллионов студентов и 80 тысяч аспирантов. Этот мощный ресурс развития страны находится в университетах. Два источника — Академия наук и университеты как сообщающиеся сосуды.

Садовничий был аспирантом, когда Андрей Колмогоров возглавлял отделение математики на Мехмате. Он каждого аспиранта считал ученым, обращался к каждому как к коллеге.

Ректор Садовничий считает, что надо принимать срочные меры, повышать стипендии аспирантам и усилить грантовую поддержку. Будущее аспирантуры – будущее науки.

Садовничий считает необходимыми индивидуальные образовательные траектории в высшем образовании. Для выбора направления с третьего курса нужно новое распределение контрольных цифр приема, новые образовательные стандарты и механизмы подготовки профессорско-преподавательского состава. Законодательно нужно закрепить упрощение перехода студента на другие специальности с сохранением за ним бюджетного места, на которое он поступил.

Главное преимущество российской науки — это фундаментальность, и его надо сохранить.

Как я понимаю Садовничего, новации в МГУ отражают процесс перевода всей  науки на естественнонаучный формат, системно открытый Тимофеевым-Ресовским.

Министр науки и высшего образования РФ Валерий Фальков добавил несколько штрихов, предлагая подойти к вопросу объективно. У нас есть и позитивные тенденции. С 2010 года в полтора раза увеличилось количество ученых до 39 лет. Правда, до 29 лет — некоторое сокращение. В высшем образовании количество исследователей возросло на 33%. Отчасти это связано с решениями министерства, результат налицо. Выстроена линейка грантов. Образован новый фонд РНФ. Выплачено три миллиарда рублей грантов президента молодым аспирантам и докторам наук.

По данным министра, в 2010 году было   9511 защит, кандидатских диссертаций в 2020-м – 1245. Идет снижение диссертационных советов. Число бюджетных мест в аспирантуре увеличивается, на 2022 год уже распределено 17,5 тысячи мест. Мощности академических институтов работают на пределе.

Министерство утвердило новую номенклатуру научных специальностей, по которым присуждаются ученые степени. Количество групп специальностей сократилось с 52 до 34, а специальностей — с 430 до 351, что Фальков поставил в зависимость с задачами, поставленными президентом. Междисциплинарность и укрупнение – мировая тенденция.

Ректор  ВШЭ  Ярослав Кузьминов с трагизмом в голосе говорил об утечке мозгов, как будто не имеет никакого отношения к организации экспорта выпускников.

Таким образом, формат поддержки науки идет от задач международного признания глобализующей англосаксонской науки. Например, для попадания в число признанных лидеров надо включаться в гонку за мощностью суперкомпьютеров, от которых проку мало и  никто не умеет программировать. В программировании лидирует Россия. В  показателях наукометрии российские ученые дискриминированы, а от нобелевских премий и вовсе отрезаны.

Большой вопрос вызывает участие бизнеса в финансировании науки. Это не тот бизнес, который определяет развитие человечества. Наоборот, он диктует тупиковые направления исследований, превращая науку в эффектную погремушку. Соответственно, финансирование превращается в черную дыру.

На парламентских слушаниях никто не потрудился расшифровать, какая генетика или экология имеется в виду. На практике имеется в виду то, что не имеет серьезного отношения к прикладной и фундаментальной науке.

Теоретически следовало бы начинать с выведения системы наук из англосаксонского хаоса, провести систематизацию на основе базы ВИНИТИ и параллельно инвентаризацию того, что в России есть. Приборную базу создавать отечественную, под госзаказ по направлениям исследования, исключив диктат поставщиков оборудования и материалов для и следований.

Для повышения статуса науки в обществе безусловно надо возрождать отечественную научно-популярную журналистику, свободную от хайпа и моды. Она приравнена к рекламе и фактически запрещена.

То есть, грубо говоря, нужно возрождать утраченное с перестройкой и последующим разрушением, как в промышленности, образовании, медицине, спорте, журналистике. Вопреки разрушению, Россия стала единственным лидером в основных направлениях.

Если Россия намерена и далее все свои достижения отдавать даром, так и надо ставить вопрос. Например, Владимир Путин выступил с предложением снять патентную защиту с вакцин, на практике это означает невозможность украсть российское авторство, как делают с нобелевской тематикой.

Мало того, именно президент страны должен ставить перед партнерами вопрос об ответственности за любой грабеж и терроризм, прежде всего на поле российских научных достижений. Если в западных журналах российских авторов не цитируют, руководство страны обязано выстроить такой формат отечественной науки, который не зависит от внешнего диктата.

Президент РАН Сергеев находится под давлением, и решать геополитические вопросы не может. Поэтому запросил помощи в виде парламентской дискуссии. На прошедших слушаниях я  не увидел результата. Кот ученый ходит теми же кругами.

Для сравнения. Я пришел в науку старшим препаратором лаборатории фотобиологии Института биофизики в 1963 году. Наука была бедной, но у нее было будущее. В МГУ я входил как в храм. Поступил не с первого раза, но это не мешало мне учиться сколько угодно и там, где я считал нужным, для моей индивидуальной образовательной траектории, без всяких кванториумов и прочих заморочек. Значительная часть академиков в графе образование имели запись «домашнее». И были живы рассказы о расцвете науки первых лет советской власти, когда ученым вообще не платили.

Лев МОСКОВКИН.

Фото: официальный сайт СФ

Лев Московкин/ автор статьи
Московская правда