Почему Макрон — не лучший выбор для Франции

Первый тур президентских выборов во Франции показал, что традиционные политические партии правых и левых окончательно потеряли свои позиции.

Валери Пекресс от республиканцев набрала всего 4,78 процента голосов и теперь просит о финансовой поддержке. Государство возвращает кандидатам затраты на предвыборные кампании, если они набирают больше пяти процентов. Пекресс, будучи уверенной в хорошем результате, потратила на кампанию несколько миллионов евро из личных средств и оказалась в сложном положении. Мэр Парижа, социалистка, Ан Идальго не набрала и двух процентов голосов. Основатель крайне правой партии «Отвоевание!» журналист Эрик Земмур набрал 7 процентов. Почти 22 процента получил лидер «Непокоренной Франции» и убежденный троцкист Жан-Люк Меланшон.

Во второй тур с небольшим отрывом от Меланшона — 23,15% — прошла лидер крайне правой партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен. Нынешний президент набрал 27,84 процента. В его предвыборной программе говорится о необходимости удвоить количество резервистов во французской армии, укреп­лении сельскохозяйственной независимости, поддержке молодых фермеров, развитии атомной, ветровой и солнечной энергетики и утеплении 700 тысяч домов в год. Недовольство французов вызывает намерение Макрона повысить пенсионный возраст до 65 лет. До начала пандемии он уже пытался провести пенсионную реформу и столкнулся с яростным сопротивлением граждан и, в частности, «желтых жилетов», но отказываться от своей идеи не намерен.

Марин Ле Пен в своей программе делает упор на восстановление безопасности и справедливости, повышение уровня системы здравоохранения, продвижение французской культуры и повышения покупательной способности граждан.

В своем обращении к французам Ле Пен подчеркнула опасность массовой иммиграции и нерегулируемой глобализации. Нынешнюю власть она обвиняет в приостановлении основных свобод и безум­нейшей бюрократии. Припоминает ей «тюремное» заключение, в котором оказались во время пандемии старики в домах престарелых. Пожилые французы не имели права на визиты родственников и даже прогулки в саду. Многим заболевшим ковидом пожилым людям врачи не назначали лечение, а с одобрения властей вкалывали противоэпилептический препарат «Ривотрил», ускорявший смерть. По сути, так власть легализовала запрещенную во Франции эвтаназию.

«2020 — 2021 годы сделали очевидными наши скрытые слабости, — заявляет Ле Пен. — У нас была лучшая система здравоохранения в мире, наша социальная модель, отражающая концепцию национальной солидарности, обеспечивала французам самую полную и эффективную защиту. Но достаточно было прилететь вирусу из Китая, чтобы мы открыли глаза на дилетантизм и неподготовленность органов государственной власти. В стране с населением 67 миллионов человек оказалось не более 4000 больничных коек в отделениях интенсивной терапии. Это показало бессилие государства и крах нашей страны. Неутешительно и то, что десятки тысяч французских студентов вынуждены стоять в очередях за раздачей «еды по одному евро» <…> Этот кризис в конечном счете является окончательным поражением политики открытости, недобросовестной конкуренции и глобализации, проводимой с начала 1980-х. Она привела к ускоренному обнищанию нашей страны, упадку ее суверенитета, краху и делокализации промышленности и полному открытию ее границ для недорогой рабочей силы. К этим рабочим вскоре присоединились целые семьи, привлеченные широко распространенными социальными благами. Все эти явления, сопровождаемые или наблюдаемые нашими руководителями со слепым удовлетворением или возмутительным смирением, привели к порабощению общества и крушению нашей национальной идентичности. Трудно гордиться тем, что французы оказались в этой «глобальной деревне».

В обращении Ле Пен резко критикует нынешнего президента, говоря, что если Эммануэль Макрон будет переизбран, то Франция продолжит свой путь к краху. По ее мнению, Франция сможет смотреть в глаза грядущему столетию, только воссоединившись с силой, суверенитетом, со своими цивилизационными корнями, глубоко укоренившимися в каждом.

«Да, нашему народу еще есть что сказать миру, только у нас пока не хватает воли. Наша страна уникальна тем, что именно государство создало нацию. Таким образом, через воссоздание государства, его миссий и их осуществления проходит путь к обновлению. Моя цель – принять этот вызов. В 2022 году еще возможно избежать худшего, я снова ищу голоса своих соотечественников. Именно потому, что мои амбиции по отношению к Франции соизмеримы с любовью, которую я к ней испытываю, я стремилась выработать следующие предложения, руководствуясь единым принципом: дать нашей стране средства для восстановления ее свободы и ее величия», — заявила Ле Пен.

Многие французы не видят свое будущее с вышедшими во второй тур кандидатами. В столице прошли манифестации: «Ни Ле Пен, ни Макрон», в лучших традициях 1968 года буянят студенты Сорбонны. Если опасающихся Марин Ле Пен можно понять — французам претит ее жесткая иммиграционная политика, да и давнее уважение к Владимиру Путину в нынешней ситуации многих настораживает, — то резкое неприятие Макрона сперва может показаться нонсенсом. Но только сперва. Что-то надломилось в сердцах свободолюбивых французов, когда в период принуждения населения к вакцинации сомнительной вакциной «Пфайзер» Макрон заявил, что «будет доставать непривитых», и запретил им доступ к поездам и самолетам, вход в кафе и рестораны, посещение музеев и театров.

Тогда-то, ощутив холод тирании, как привитые, так и непривитые граждане иначе взглянули на самого молодого за всю историю Франции президента. Что же за человек руководит страной и безжалостно разделяет их на людей первого и второго сорта? Макрон за те свои слова попытался оправдаться — на недавней встрече с избирателями с чарующей улыбкой тихим, проникновенным голосом объяснял француженке: «Когда я говорил, что хочу доставать французов, то говорил это любя». Но француженка возмутилась: «Нельзя «доставать» кого-то из любви!» И добавила журналисту: «Я не голосовала за Макрона пять лет назад, не буду голосовать и теперь!»

Сомнение царит среди голосовавших в первом туре за Меланшона. Он призвал не давать Ле Пен во втором туре ни одного голоса. Теперь многочисленные сторонники «Непокоренной Франции» раздумывают. Голосовать за Макрона, которого Меланшон разносил в пух и прах? Или не голосовать вовсе? А почему бы всё-таки не проголосовать за Марин Ле Пен, которая в своей предвыборной кампании защищает интересы обездоленных?

Как чертик из коробки вылез на экраны бывший правый президент Николя Саркози и призвал голосовать за Макрона. А крайне правый Эрик Земмур попросил своих сторонников поддержать Марин Ле Пен. Страсти накаляются, кандидаты обмениваются шпильками, в СМИ началась традиционная уже кампания дьяволизации Ле Пен. По мнению многих экспертов, хотя разрыв между Макроном и Ле Пен во втором туре будет минимальным — политики идут «ноздря в ноздрю», — выиграет всё-таки Макрон. Если принять эту гипотезу, то любопытно услышать мнение специалиста о личности политика, который еще пять лет будет руководить Францией.

Психиатр Адриано Сегатори в Италии человек уважаемый, его приглашают экспертом итальянские суды. Еще перед выборами 2017 года он критично охарактеризовал Макрона и сейчас вновь вернулся к обсуждению его личности. Историю президента и первой дамы, представленную ангажированной прессой в розовом цвете, профессор видит совершенно иначе. Он считает, что связь 15-летнего Макрона с его 39-летней учительницей была травмирующей и преждевременно остановила его развитие в подростковом возрасте.

«Макрон с юности имеет беспредельные амбиции. Он нуждается во взгляде и в восхищении окружающих, чтобы компенсировать свой комплекс неполноценности, — рассуждает Сегатори. — Мы сталкиваемся с тремя парадигмами: идея, что границ и рамок не существует; чувство всемогущества, возникшее в детстве, но сохранившееся в зрелом возрасте, и нарциссизм, который можно охарактеризовать как злонамеренный. Что создают эти три парадигмы? Психопатию. Мы имеем дело с психопатом. Слово «психопат» не является оскорблением. Известный американский психоаналитик Нэнси Мак Вильям объясняет, что психопат может достичь самых высоких постов в американской администрации. Какова проблема с точки зрения психиатрии? Один американский интеллектуал сказал, что «серийные убийцы уничтожают семьи, а психопаты на высоком государственном посту уничтожают общество». Как все психопаты, Макрон высокого мнения о себе. Он не любит Францию и не борется за народ Франции. Он бесконечно любит себя… Психопаты работают только для себя и воспринимают других как инструмент для достижения своих целей и величия. Это подчеркивает, в какой опасности находится Франция с таким кандидатом».

Сегатори отмечает стремление Макрона к грандиозности. Именно поэтому он, дескать, и организовал международный саммит не в Елисейском дворце, а в Версале. Своеобразный «синдром Наполеона». По мнению ученого, в этом наблюдается проявление демонстрации своего величия, своей самодержавной власти и самовлюбленность.

— Итальянская пресса привела слова Макрона о том, что он «научился любить французов», — задумчиво говорит профессор в своем заставленном книгами кабинете. На мгновение замолчав и затушив очередную сигарету в заполненной окурками пепельнице, жестко заключает: — Поздно после пяти лет президентского мандата начинать любить своих граждан. И, кроме того, самовлюбленный не способен на любовь. Он может любить лишь тех, кто любит его и готов полностью ему подчиниться. Пять лет назад я сказал, что Макрон опасен для французов. Теперь я скажу, что он очень опасен не только для Франции, но и для Италии, и для всей Европы. Макрон — идеальный персонаж для осуществления происходящих в мире изменений. С его цинизмом, способностью очаровывать, умом, поддержкой стоящих за ним экономических сил и культурным уровнем он идеальный персонаж не для того, что бы объединить Францию, но чтобы объединить силы против Франции. Так же, как Драги объединяет силы против Италии.
Что ж, даже если профессор и известен своими крайне правыми взглядами, не стоит полностью пренебрегать его мнением, ибо оно далеко не единично. Мои французские левые друзья, оплакивающие проигрыш Меланшона, давно обзывают Макрона «королишкой», а одна правоцентристская подруга настолько разочаровалась в нем за пять лет, что написала мне на днях со смайликом: «Кто бы сказал, что однажды я пойду голосовать за Ле Пен?»

20 апреля в прямом эфире пройдут дебаты Макрона и Марин Ле Пен. Их с нетерпением ждут все французы, еще не решившие, кому отдать свои голоса 24 апреля.

Ольга Семёнова,
Париж.

Коллаж «Московской правды».

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x