Роман «Двойная жизнь Алисы» в помощь обиженным взрослым девочкам

Новый роман Елены Колиной «Двойная жизнь Алисы» (Москва: Издательство АСТ, 2022. – 320 с.) переносит читателя из современности в тридцатые годы двадцатого века и знакомит с творчеством художницы Алисы Порет, ученицы Павла Филонова и подруги Даниила Хармса. С судьбой звезды ленинградской богемы причудливым образом переплетается жизнь другой героини романа — современной художницы Алисы.

Двойная жизнь алисы

Третья девочка, Рахиль, объединяет повествование о разных временах, так как ведет дневник и переписывается с Алисой, делясь своими размышлениями об искусстве и жизни. Рахиль чувствует себя отверженной в элитной школе, ненавидит мать, любит папу (отчима) и страдает без отца, уехавшего в другую страну. Она пишет в дневнике: «Наша семья – это симулякр. Мы изображаем хорошую семью, а на самом деле у нас дома идет гражданская война». Это уже само по себе делает повествование актуальным для современных подростков, обделенных вниманием родителей и чувствующих себя чужими в своей семье.

Конечно, это книга не для подростков. Скорее, для тех, кто понимает, что исторические аналогии дают значительно больше для осмысления происходящего, чем прямое наблюдение за реалиями сегодняшнего дня.

В литературе такие аналогии уже давно стали основой нарратива, достаточно вспомнить замечательный роман Ольги Шумяцкой и Марины Друбецкой «Девочка на шаре» о зарождении кинематографа в двадцатые годы, или, например, биографическое произведение Елены Котовой «Период полураспада».

Вообще, создается ощущение, что все новые века начинались не с нулевых, а именно с двадцатых годов; видимо, для века тоже нужен разбег, создание основы для будущих перемен. Назовем эту основу массовое сознание, совокупность представлений, взглядов и ценностей, характерных для того или иного времени.

Елена Колина в предисловии к роману пишет, что фраза искусствоведа Ильдара Галеева «очень трудная задача – элитарное сделать элитарным» навела ее на мысль ввести Алису Порет в контекст нынешней питерской жизни, где Алиса – «зеркало, в которое мы вглядываемся и опять переводим взгляд на себя».

Книга предваряется тремя эпиграфами, один из которых взят из Экклезиаста: «Не говори: «Как случилось, что прежние времена были лучше этих?», ибо не от мудрости ты спросил об этом». Роль эпиграфа – настрой на чтение и осмысление текста, но иногда он либо остается формальностью, либо вызывает чисто индивидуальные ассоциации. Об этом подробно пишет Василий Аксёнов в трилогии «Московская сага». В начале каждого тома он не только дает эпиграф, но и разъясняет его значение. Так, например, писатель комментирует строки Бориса Слуцкого, взятые в качестве эпиграфа к третьему тому: «…Мы все ходили под богом, У бога под самым боком. Однажды я шел Арбатом, Бог ехал в пяти машинах». Называя Сталина «богом», поэт, конечно, употребляет это слово в негативном смысле: «Перед нами морозящая кожу картина: ночь, Арбат, размножившееся на пять машин идолище, едет в своем неизвестном направлении».

У Елены Колиной все проще. Из приведенного эпиграфа читатель без пояснений может понять, что «времена не выбирают», каждый живет и строит свою судьбу в том времени, которое ему отведено. Но при этом мы всегда можем оглянуться в прошлое и увидеть там то, что поможет нам жить сегодня, не забывая о главном своем предназначении. Александр Грин в романе «Бегущая по волнам», датируемым 1926 годом (опять двадцатые!), написал слова, которые могли бы стать эпиграфом к жизни каждого человека: «Рано или поздно, под старость или в расцвете лет, несбывшееся зовет нас, и мы оглядываемся, стараясь угадать, откуда прилетел зов».

В романе «Двойная жизнь Алисы», как и в книге «Требуюсь я!», написанной в совершенно другом жанре, Елена Колина дает возможность читателю оглянуться на свою жизнь, ненавязчиво предлагая ответить на вопросы: «Что я делаю не так?», «Почему это происходит именно со мной?» и «За что меня не любили в детстве?». Не вдаваясь в подробности сюжета, хочется сказать, что герои книги решают эти вопросы в позитивном ключе, отнюдь не посыпая голову пеплом, а выбирая путь, который всегда связан с конкретной деятельностью, в случае наших героинь – с творчеством.

Очень интересно описание жизни ленинградской богемы почти столетней давности, жизни, пронизанной эпатажем, вызовом общественному мнению, постоянными перформансами, демонстрирующими некий ироничный взгляд на житейские, в том числе любовные коллизии. Был такой Исайя Александрович Браудо (далее – И. А.), органист, крупнейший знаток и пропагандист органной музыки. Во время съемки «живых картин» в квартире Алисы Порет погас свет, и она нечаянно села в кресло, в котором уже кто-то сидел. Через минуту дали свет, и все увидели, что она сидит в кресле, практически на руках И. А. Через некоторое время после ухода гостей в дверь позвонили. Посыльный принес пакет для Алисы Ивановны. Раскрыв пакет, она увидела песочные часы и записку от И. А.: «Ровно одну минуту был счастлив».

Не хочется морализировать на тему ироничного отношения к жизни, но в книге есть довольно серьезные рассуждения, например, на тему о том, как правильно выбрать мужа. Вот какие советы давал современной Алисе ее папа: «Не смотри, Алиска, на своих ухажеров, оценивай не их самих, а свою жизнь с ними. Представь, какая у тебя будет жизнь с каждым, – и выбери лучшую. Лучшую жизнь, а не лучшего претендента, поняла, Алиска?».

Можно было бы рассказать еще про историю утраченной и найденной картины Алисы Порет, разрезанной на части и спустя несколько десятилетий обнаруженной в выброшенных вещах новых хозяев квартиры. Эта линия сюжета почти детективная и составляет дополнительный интерес для читателя, этакий бонус поиска и расследования на фоне рассуждений об искусстве и смысле жизни. Можно было бы рассказать о том, как 15-летняя Рахиль, прикованная к постели из-за перелома ноги и считающая себя инвалидом, планировала самоубийство во время предстоящей поездки в Париж, но, благополучно выздоровев, нашла свое счастье и любимого человека. Однако обо всем этом лучше прочитать в книге.

В заключение хочется привести отрывок письма Рахили современной художнице Алисе, который, кажется, всё ставит на свое место (если, конечно, понятие «свое место» вообще существует). Но не будем декадентствовать, так как, скорее всего, читатель Елены Колиной молод и у него вся жизнь еще впереди. Кстати, интересно, что восприятие возраста у героинь Елены Колиной довольно субъективно: 50-летняя женщина может ощущать себя семилетней девочкой, а 62-летняя дама чувствовать себя молодой двадцатилетней девушкой. Но это уже совсем другая история…

Итак, заключение: «На самом деле, мне повезло. Художницы Алиса и Алиса Порет очень помогли бедному инвалиду… Нет, правда. …Мне было так фигово, что надо лежать в унизительном ужасе, что прервался мой еще даже не начавшийся роман, да еще мама… потом мне отменили приглашение, и вообще хоть умирай…

И знаете, чужая жизнь мне помогла, я имею в виду Алису Порет. Помните, отец Алисы Порет сказал ей: «Моя рука тебя всегда защитит», – и вот, прошла вся жизнь, и ее никто не обидел.

Но как же не обидел? Один муж умер, другой безобразничал, третий муж оставил… а послевоенная нищета, а бездомность? Другая бы на ее месте все удары судьбы перечислила и предъявила! А она вот так – никто ее не обидел. Это сильно, правда.

Я уже взрослая, и мне нельзя, как подростку, нудить: «главное в жизни», «смысл жизни»… Но я кое-что поняла: главное – считать, что никто тебя не обидел».

Наталья Вакурова, Лев Московкин.

На фото — обложка книги

Двойная жизнь алисы
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x