Наша молодость кому-то стала интересна?

Книга генерала ФСБ в отставке Евгения Савостьянова «Я закрыл КПСС» с начала года занимает второе место в разделе «Лидер продаж» в Доме Книги на Новом Арбате.

 

Участники многотысячного митинга в поддержку блока «Демократическая Россия» идут по Крымскому мосту в Москве. Фото Владимира Вяткина / РИА Новости

Этот факт представляется мне показательным, примечательным. Но о нем – в конце статьи.

Евгений Савостьянов – один из видных деятелей легендарных времен перестройки и гласности, эпохи первых демократических преобразований в России. Притом он был не столько публичным политиком, сколько генератором идей, организатором. Мало кому известно, что в 1989 году Президиум Академии наук СССР не допустил к выборам на общем собрании академии кандидатуру Андрея Дмитриевича Сахарова, выдвинутого в народные депутаты 55 коллективами. Тогда Савостьянов, научный сотрудник Института проблем комплексного освоения недр, предложил посылать на общее собрание АН не безгласных, фактически назначаемых номенклатурой выборщиков, а выборщиков с наказами от коллектива. И зачитал заранее подготовленный текст наказа. Идея мгновенно овладела массами, распространилась по другим институтам, параллельно тем же занималась группа, впоследствии ставшая «Клубом избирателей Академии наук». Таким образом сопротивление номенклатуры было сокрушено – народными депутатами СССР стали все 12 кандидатов от демократического блока. Их имена – Андрей Сахаров, Виталий Гинзбург, Роальд Сагдеев, Павел Бунич, Геннадий Лисичкин, Николай Петраков, Николай Шмелев, Сергей Аверинцев, Вячеслав Иванов, Юрий Карякин, Александр Максимович Яковлев, Георгий Арбатов.

Савостьянов был главой предвыборного штаба академика Сахарова.

Затем на учредительной конференции Межрегиональной ассоциации демократических организаций он выступил с идеей всесоюзной акции за отмену 6-й статьи Конституции СССР, определяющей всевластие Коммунистической партии в стране. И придумал плакат – перечеркнутую цифру «6», – с которым люди выходили на митинги.

На заглавном снимке – колонна демонстрантов движется к Манежной площади, где 4 февраля 1990 года состоялся митинг, собравший 300 тысяч человек.

В марте 1990 года Съезд народных депутатов СССР отменил 6-ю статью Конституции.

И так сложилась судьба, что через полтора года именно Евгений Савостьянов, к тому времени генеральный директор департамента мэра Москвы, поставил последнюю точку в самом существовании КПСС – в прямом, физическом смысле закрыл ЦК компартии. На второй день после провала путча, устроенного высшей коммунистической номенклатурой, 23 августа 1991 года, он вошел в знаменитое здание на Старой площади и объявил:

«Внимание, внимание! Говорит радиоузел гражданской обороны комплекса зданий ЦК КПСС!

У микрофона генеральный директор департамента мэра Москвы Евгений Савостьянов.

В соответствии с решением Президента СССР, Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Сергеевича Горбачева и на основании распоряжения мэра Москвы Гавриила Харитоновича Попова сегодня, 23 августа 1991 года, с 16 часов прекращается работа в зданиях ЦК КПСС.

Все находящиеся в зданиях должны покинуть их не позднее 16 часов. Лица, оставшиеся в здании после этого времени, будут арестованы».

Потом была неожиданная для интеллектуала, демократа-оппозиционера работа на посту начальника Управления Комитета госбезопасности – Федеральной службы контрразведки по Москве и Московской области, затем – должность заместителя главы администрации президента Бориса Ельцина, попытки объединить демократическое движение, противостоять наступлению бюрократического реванша, которое начал бывший демократ Ельцин.

Надежды на будущее, увы, не сбылись.

Об этом Савостьянов и говорил 22 мая 2004 года на собрании, посвященном 15-летию Первого съезда народных депутатов СССР.

«Что бы ни произошло в дальнейшем, все мы наверняка сможем сказать: «Это были лучшие годы нашей жизни».

Лучшими они были, потому что прежде затаенные надежды на перемены к лучшему, на свободу, на избавление от коммунистического мракобесия, от тотальной лжи вдруг, в считанные месяцы стали явью…

Лучшими они были, потому что в те месяцы нам верили, к нам прислушивались, за нами шли сотни, тысячи и миллионы людей – подлинных героев мирной революции освобождения…

Сегодня, наверное, самый подходящий повод признать, что наши ошибки, наша моральная слабость, корысть, карьеризм, безразличие к чужим бедам, а порой и обыкновенная трусость – все это породило крах если не демократической идеи, то демократического движения.

Мы могли взять власть всерьез и надолго, мы могли использовать ее с гораздо большей для народа пользой, мы могли быть сейчас гражданами великой, достойной и свободной страны. Могли, но не смогли. И виноваты в этом только мы сами. Остается лишь надеяться, что еще при нашей жизни ошибки удастся исправить».

Книга Евгения Савостьянова вышла в издательстве «Синдбад», в серии «90-е: Личности в истории».

Это не просто энциклопедия советской и российской жизни на переломе эпох, а энциклопедия демократического движения в России тех времен. Немало страниц в ней посвящено жизни в СССР. Автор знает ее со всех сторон – не только как инженер, научный сотрудник академического института, но и как самый что ни на есть рядовой советский работяга. Был ГРОЗом – горнорабочим очистного забоя на угольной шахте в Казахстане, трудился на гигантском магнезитовом карьере в Челябинской области, на строительстве Ингури ГЭС в Армении, на Таймыре, на золотых приисках Чукотки, и много чего еще повидал. Перед нами в книге – жизнь громадной страны, в чем-то яркая, своеобразная, парадоксальная, в чем-то унылая, с диктатом идеологических лозунгов и схем и общим полускептическим отношением к ним населения. Например, при полном отсутствии независимой от власти информации некоторый народ приникал ухом к передачам западных радиостанций. «Есть обычай на Руси – ночью слушать Би-би-си». Передачи нещадно глушились – по всей стране устанавливались специальные вышки-глушилки. Но…

«Слушать было тем проще, чем дальше от крупных индустриальных центров ты находился. В 1972 году завербовался мыть золото на Чукотку. Одно из первых ярких впечатлений от жизни прииска: в столовой сидят и обедают отец с сыном, а радиоприемник, который стоит у них на столе, транслирует «Голос Америки». Позднее в местной радиорубке я прочел приказ по районному узлу связи. В приказе речь шла о том, что радист какого-то поселка включил в местную радиосеть передачи того же «Голоса Америки», указывалось на недопустимость подобных действий и щедро раздавались взыскания. От больших бед виновных спасло, видимо, лишь то, что дальше Чукотки засылать их все равно было некуда».

Такая была жизнь.

И здесь вернусь к частному вроде факту: книга Евгения Савостьянова «Я закрыл КПСС» занимает второе место в разделе «Лидер продаж» в Доме Книги на Новом Арбате. Почему это представляется мне примечательным? Да, название громкое, даже эпатажное (хотя все – чистая правда), привлекающее внимание. Но, с другой стороны, какая, извините, КПСС? Кто ее помнит, кроме нас, старших? Когда родились нынешние 30-летние, ее уже не было. Даже бурные годы перестройки и гласности, победы демократии – уже покрыты для многих пеленой забвения. А что уж говорить о более далеких советских временах.

Лет десять тому назад я начал, по разным поводам, писать об абсолютном отсутствии интереса к недавнему, а для молодежи – уже давнему прошлому. О том, что если мы жадно интересовались, искали информацию в запретных и закрытых источниках, а в изданных книгах вычитывали между строк сведения о жизни в царской России, о 20-х, 30-х и 50-х годах Советского Союза, то нынешним молодым россиянам глубоко фиолетово все, что в действительности было в СССР. Хотя это – особая эпоха. Канувшая в бездну Атлантида. По большому историческому счету – невероятный (или вероятный, закономерный?) эксперимент, поставленный на нас, наших отцах, дедах. Неужели не интересно? Абсолютно. Да и вроде бы недавний яркий период демократических преобразований, борений и надежд – тоже. А ведь с начала перестройки и гласности прошло всего-то 38 лет.

Но вот факт – высокий рейтинг книги Евгения Савостьянова «Я закрыл КПСС». Можно предполагать, что-то изменяется в общественном сознании? И наша молодость кому-то становится интересной? Разумеется, речь не о «нашей молодости», а о том, что было в истории страны, об осмыслении, всегда необходимом для настоящего и будущего.

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x