Николай Волянский: Моя цель – снимать зрелищное кино для думающего зрителя

Что, кроме успеха,  объединяет таких разных режиссеров, как Алексей Балабанов, Павел Лунгин,  Алла Сурикова, Владимир Хотиненко, Николай Хомерики, Александр Велединский, Сергей Урсуляк? То, что все они окончили Высшие курсы сценаристов и режиссеров в Москве.

Курсы эти и сегодня продолжают исправно выпускать в свободное плавание новых интересных постановщиков. Например, на завершившемся 46-м Московском международном кинофестивале в конкурсной российской программе оказалась картина сорокавосьмилетнего выпускника мастерской Аллы Суриковой Николая Волянского «Сны отеля «Москва». Попасть сразу «со школьной скамьи» в программу самого престижного киносмотра страны – достижение уникальное, ведь многие годами об этом  только мечтают.

Наш обозреватель беседует с Николаем Волянским.

– Николай, вы режиссер начинающий, но при этом личность социально состоявшаяся и успешная. Имеете юридическо-экономическое образование, работали много лет по специальности. Как вас в кино-то занесло?

–  В какой-то момент  понял, что не хочу дальше заниматься тем, чем занимаюсь, стало скучно. Взял паузу, посмотрел мир, объехал 80 стран.

В числе прочих случилась поездка в Индию в место, где собирается буддистское сообщество. Там у меня было много интересных встреч и бесед. Когда общался с ламами, чувствовал, что они знают о жизни нечто большее, чем знал я сам. Ламы никогда не говорят прямым текстом, содержащим руководство к действию: наши разговоры шли на уровне метафор и были наполнены юмором. И там случилась встреча с одним молодым ламой, которого очень почитали пожилые, утверждая, что в прошлой жизни он был старой и большой душой. Этот человек подробно меня расспрашивал о странствиях, я долго отвечал и рассказывал. А потом в свою очередь задал волновавший вопрос: «Зачем я здесь? Какова цель этого визита?», подразумевая, что все в нашей жизни случается неслучайно. И лама этот сказал фразу, которую я тогда не понял, но хорошо запомнил: «Твой путь воина закончился, начался путь поэта».

Вернувшись назад в Россию, я попал в период ковида, и одна из идей, посетивших меня, как раз и была – поступление на Высшие курсы режиссеров и сценаристов. Ведь создание кино и написание сценариев и есть одна из ипостасей поэта.

– А как происходила сдача экзаменов, как попали к Алле Суриковой?

– Я пришел на курсы, надо было написать эссе на два фильма, затем интересно описать собственную биографию и еще написать кинематографичную повесть. Я со всем этим справился. Ну, а затем состоялось собеседование, которое как раз и вела Алла Ильинична. Меня взяли.

– Сколько будущих режиссеров одновременно обучается у мастера в группе?

– Тут очень по-разному бывает. Это может быть группа в семь человек, как было у Аллы Ильиничны.  А может быть и в тридцать человек, как было у Владимира Ивановича Хотиненко. Мы ведь поступали в год ковида, опыт наш уникален тем, что в этот период велись занятия в ZOOM. Что давало возможность посещения онлайн-занятий в других группах тоже. Я мог послушать «разбор полетов» и у своего мастера Аллы Суриковой, и у того же Владимира Хотиненко, например.

– Если взять «сухой остаток», то какие самые ценные советы вы использовали на съемках своего первого фильма? Как именно обучает Сурикова?

– Алла Ильинична обязательно всегда за что-то нас хвалила. Она могла сказать: «Смотри, вот это, это и это нехорошо и требует изменения», но при этом она обязательно находила маленькую деталь, которую одобряла. Потому что если студента все время тыкать  в то, что у него все не получается, то это может лишить человека энергии делать что-то дальше, он будет бояться руку поднять. Кроме того, у Аллы Ильиничны обучение было приправлено юмором, что очень ценно. Мы снимали этюды и разбирали их. Учились работать с камерой неподвижной, подвижной, разбирали дальний план, ближний план, ситуации. Было много заданий, которые надо было снимать. И, несмотря на ковид, как-то снимали.

Фото Елены Буловой

У Владимира Ивановича Хотиненко мастерская отличалась структурированностью, она работает много лет.

Что касается написания сценария и текста, то тут с нами работал мой второй мастер, Андрей Добровольский, также учитывая ковидный год, можно было зайти в гости в соседнюю мастерскую, где сценарную часть ведет Павел Финн. Приемам монтажа весь поток обучал Владимир Алексеевич  Фенченко, про работу с художником нам рассказывал Сергей Сергеевич Февралёв, а особенности взаимодействия работы режиссера с оператором нам преподавал Игорь Семёнович Клебанов. Все это очень известные в киносообществе персоналии.

Сам Хотиненко занимался чем-то глобальным, например работой с актерами. Самый главный совет, который я от него получил: «Главная часть работы с артистом – это выбор актера. Не экономьте время на выбор, потому что если вы больше времени потратите на выбор, то меньше потратите на площадке, требуя от артиста выполнить то, что ему сделать сложно или даже вовсе невозможно».

Фото Елены Буловой

А самый главный совет от Аллы Суриковой?

Тут сложно ответить однозначно потому, что я всегда советовался с ней перед каждой сменой, снимая кино. Советовался по мизансценам,  по работе с актерами.  Например, когда мне предстояло работать с Алексеем Серебряковым и я думал, что именно и как ему предложить, Алла Ильинична вовремя подсказала: «Ты пока еще не дорос, чтобы Алексею что-то советовать. Он артист умный, что-то тебе сам предложит, и скорее всего это будет верно. Поэтому постарайся вслушаться внимательно в его слова». Кстати, она оказалась права: на съемочной площадке некоторые вещи я видел иначе, чем Серебряков. Но актерские дубли, которые предложил Алексей, в итоге и вошли в окончательный монтаж, оказавшись наиболее удачными.

А Александр Наумович Митта несколько раз давал нам сценарные мастер-классы. У него мне запомнился разбор сценариев. У Митты потрясающе структурирована работа со сценарием, он мыслит структурой. То есть в фильме в целом, в роли персонажа, в каждом отдельном эпизоде он сразу вычленяет заявку героя, суть его внутреннего конфликта, родившееся новое качество, изменение ситуации. Александр Наумович быстро схватывал все наши предложения, расписывал их, вычленял сильные стороны и недостатки. Он мог ухватиться за какую-то маленькую деталь, повернуть ее так, что сценарий начинал играть красками.

Кроме того, можно было заглянуть в сценарную мастерскую под руководством Одельша Агишева. Не знаю, как это происходит сейчас, но в тот ковидный год на курсах пытались создать объединенную историю, где обучающиеся сценаристы предлагают нам, будущим режиссерам, что-то свое, что, возможно, нас заинтересует и ляжет в основу будущих фильмов.

– Но вы этим не воспользовались, так как сценарии пишите сами. В частности, вы сами написали сценарий для дебюта – «Сны отеля «Москва», показанного на 46-м ММКФ…

– Да, я пишу сам. Может, когда-то мне захочется поработать с чужим сценарием, но пока этой тяги нет: очень много собственных идей.

– Ваш фильм «Сны отеля «Москва» состоит из четырех новелл, соединенных пространством сна, в которое попадают герои. Все новеллы сняты в разном жанре и являются своеобразным поклоном режиссерам, на картинах которых вы выросли. А вот интересно, после окончания режиссерских курсов вы смотрите кино так же, как и раньше, или теперь уже несколько иными глазами?

– Мне очень близко, что говорил Александр Наумович Митта о трехактной форме и конфликте. Я понимаю, что когда режиссер придерживается этой «классики», у него есть больше возможности снять то, что понравится другим. Но так как эти кинематографические законы знают все, и я тоже их знаю, то сейчас часто получается, что при просмотре кино я сразу вижу, чем фильм закончится. И быстро начинаю скучать, переключаю внимание на то, как кино сделано: какая «художка», как выставлен свет, как построена мизансцена, кто и как сыграл. Со зрительской точки зрения, смотреть бывает теперь не очень интересно, потому что многое легко просчитывается. Сценарная часть слишком стандартизирована, и в 90% случаев у лент, которые я в последнее время вижу, нет той непредсказуемости финала, которая лично мне как зрителю очень важна.

– А «формула полета» кого из творцов недоступна для ваших режиссерских мозгов?

Мне интересно то, что делает Кристофер Нолан. Например, его фильм «Начало» 2010 года, где Ди Каприо играет взломщика снов, который входит внутрь сна и у известной личности пытается изменить важное решение. Такую идею даже придумать сложно, не говоря уж о том, что весь фильм ты не понимаешь, идет ли это реальность, или уже произошел момент взлома и действие происходит в подсознании героев. Мое воображение поражает даже не то, как это снято, а то, как здорово это придумано!

Ходы Квентина Тарантино, Алехандро Иньярриту, Сэма Мендеса мне тоже кажутся очень нетривиальными.

Я сейчас называю людей, которые, с одной стороны, делают очень зрелищный кинематограф, а с другой – кассовую работу, которая собирает деньги. Вот этот баланс соблюсти – это то, чего я бы хотел достигнуть в будущем, но сие очень непросто.

– Ну, а работы каких российских режиссеров вас вдохновляют?

– Я считаю, что при небольшом количестве хороших работ в полном метре у нас есть чрезвычайно интересные сериальные работы и картины, выложенные на платформах.

– Да, на всех кинофестивалях эта тенденция отмечается: серьезные режиссеры уходят на платформы, обладающие собственной производственной базой и снимающие собственный продукт. С вашей точки зрения, почему такой перекос случился?

–  Полному метру сейчас уделяется меньше внимания потому, что в кино сегодня ходят либо подростки, либо семейные пары, которым надо вывести куда-то детей в выходные. Вот и получается, что на экране в основном присутствует либо молодежная, это, как правило, комедийная история, либо какая-то сказка 12+. У жанров драмы, у кино для думающего взрослого зрителя мало шансов в кинозалах зацепить публику, потому что туда, повторюсь, ходит определенная группа людей. Такой нынче тренд.

Платформам же, где идет кино серьезное и вдумчивое, не очень интересен полный метр, зато интересен сериал. Почему? Сериал – это те же актеры, примерно те же декорации и костюмы, но при чуть больших усилиях платформа получает 8 – 10 часов отснятого материала вместо 2 часов полнометражного кино. Вот и выходит, что экономическая целесообразность сегодня выбивает из культурного пространства полный метр.

– Что из сериалов, с вашей точки зрения, хорошо сделано? Какие зацепили?

– Из последних? Хорошо сделан, на мой взгляд, сериал «Слово пацана» Жоры Крыжовникова или та же «Инсомния», где очень ярко сыграл Гоша Куценко.

Кадр из проекта «Инсомния»

Из режиссеров, которые делают зрелищно, динамично, интересно, я бы отметил Николая Лебедева, шикарно снимающего по голливудскому стандарту. Достаточно вспомнить его «Легенду 17». Кстати, кино, которое у нас действительно научились делать на мировом уровне без всяких но – это именно спортивная драма. «Легенда 17», и «Движение вверх», и «Лед», и «Чемпион мира»… Для меня это не самый интересный жанр, но по уровню ремесла это, безусловно, самое высокое достижение отечественной индустрии.

Кроме того, мне нравятся работы Александра и Владимира Коттов.

Фото со съемочной площадки фильма «Чук и Гек», предоставлено группой

Они тоже у нас преподавали. И фильм «Чук и Гек» мне понравился гораздо больше, чем рекордный по сборам «Чебурашка». Хотя мой десятилетний сын тут со мной не согласится. Я из-за сына смотрю много детского кино.

– Исходя из вашей насыщенной путешествиями биографии, есть ощущение, что у вас громадье планов и собственных сценариев.

Есть такое. Один сценарий находится в высокой степени готовности, он – про наше, по жанру – мистический триллер. Детальнее рассказать, простите, не могу –  суеверен! Общаюсь с продюсерами. Пытаюсь пробить полнометражный фильм, не сдаюсь, хотя мне поступают предложения переделать сценарий под сериал. Возможно, это когда-то и придется сделать, но пока я упираюсь.

– Ну, раз вы учились у Суриковой, то напрашивается вопрос: комедией заняться не хотите?

–  Если брать комедийный жанр, то я предпочитаю комедию, которая смотрится сквозь слезы. Именно такую снимали Данелия, Рязанов, да и сама Алла Ильинична. Совершенно точно на такие комедии есть большой запрос в обществе, но штука в том, что они почти ни у кого сейчас не получаются. Это очень сложный жанр.

– Ну, а тогда о чем мечтаете вы?

– Я мечтаю снимать наших актеров, но не в наших локациях, а на территории Африки, Китая, Индии. Познавать мир через кинематограф – это крайне интересно. Перед предстоящим путешествием я всегда старался прочитать книгу или посмотреть фильм, чтобы действие происходило в местах, которые я скоро увижу. Впечатления от поездки становятся ярче, места обретают объем и новые смыслы.

В тех же фильмах о Джеймсе Бонде (франшиза, которую люблю с детства), появлялись Таиланд, Куба, Албания, Афганистан, Ливан, Макао, Уганда, Мадагаскар, Южная Корея, и это было невероятно интересно: герой из одной локации перемещался в другую.  Да, это дорогая съемка, но она себя оправдывает. Павильон не может переиграть живой город.

Насколько сложно сегодня найти финансирование проекта?

– Свой первый фильм, «Сны отеля «Москва», я снял почти полностью на собственные деньги. Для съемок следующего привлекаю продюсеров. Кино – это одно из наиболее дорогостоящих видов искусства, позволяющее автору что-то создать. Писателю или художнику в этом плане проще.

Что бы мне еще хотелось? Чтобы на нашем экране появилось в итоге много зрелищного кино для думающего зрителя. Не секрет, что кино, которое мы традиционно называем артхаусом, снято бедно. Но ведь это не означает, что у подобного кино нет серьезного коммерческого потенциала. Он есть, и еще какой! Просто кино для думающего зрителя должно быть здорово придумано, динамично снято, с интересными артистами, с профессионально подобранными костюмами, в хороших локациях, и, что важно, это кино, где до конца фильма не очевиден финал. Такое кино, где ставятся важные вопросы с точки зрения осмысления жизни, с точки зрения интеллектуальной составляющей, кино, о котором думаешь, когда оно закончилось, и при этом интересное, динамичное и зрелищное, – снимать такое кино является моей целью.

Елена Булова.

Фото предоставлены Николаем Волянским

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x