НОВАЯ ЦЕНЗУРА В КИНО. КАК ЭТО БЫЛО И ЧТО НАС ЖДЕТ?

Цензура в кино появилась не вчера. Контроль над кинематографом — ровесник самого кинематографа.
Уже в дореволюционной России взаимоотношения между властью и «десятой музой» складывались непросто. Единственным, что было четко урегулировано еще в конце 19 века — это царская хроника, которая могла показываться только в некоммерческих целях. Демонстрация этих фильмов не должна была проходить под музыку, хроника не могла показываться вперемешку с картинами других жанров. Хронику с участием Высочайших особ механики должны были демонстрировать только вручную, чтобы случайное ускорение движение аппарата не придавало им комического эффекта.

Образ царя Николая II, как мы знаем, не раз подвергался цензуре в кино. Вот как предписывалось изображать царя в театре и кино, например, уже в циркуляре 1926 года. «Фигура царя отнюдь не должна была возбуждать какую бы то ни было симпатию. Он должен изображаться не только «безвольным ребенком», но в нем должен чувствоваться и проглядывать виновник 9 января, Ленского расстрела — слабохарактерный идиот, но довольно злой». И все помнят, какие бои шли за светлый образ царя в народной цензуре в фильме «Матильда» совсем недавно.

https://youtu.be/FvYBquWXbvU

В царской России функцию цензуры осуществляли приставы, которые осматривали фильмы уже после того как те попадали к владельцам кинотеатров. При этом за каждым из районов города был закреплен свой пристав, и нередко получалось так, что картина, запрещенная в театрах одного участка, спокойно шла в других.
В конце января 1916 года Николай II поставил перед министром финансов две задачи: ввести государственную монополию на кинематограф и на аптечное дело. Через год после императорского поручения, все было готово к национализации экранной сферы. Но тут внезапно, в три дня, произошла Февральская революция. Она свалила династию, четвертый век сидевшую на престоле, а вместе с ней похоронила и проект национализации кино. И только подписанный Лениным декрет в августе 1919 года стал новаторским актом: государство брало на себя ответственность за судьбы экрана и тем разворачивало перед молодым искусством необозримые перспективы.

Цензура появилась сразу и в юном советском кино. Президиум Моссовета издал постановление «О цензуре над кинематографами». А в 1923 году внутри Главлита был создан специальный отдел – Главное управление по контролю за зрелищами и репертуаром (Главрепетком) Была сформулирована система запретов включавшая в себя новые, увлекательные пункты. Цензуре подвергались фильмы, в которых изображалось: классовое примиренчество, пацифизм, анархо-индивидуализм, бандитизм и романтика уголовщины, идеализация хулиганства и босячества, апология пьянства и наркомании, бульварщина, мещанство, упадничество и фокстротовщина, культивирование буржуазной салонщины и многое другое.

С развитием кино в Советском Союзе менялась и цензура. Она стала вмешиваться во все этапы создания ленты. До конца восьмидесятых при запуске фильма в производство существовало около 14 инстанций утверждения. Сначала нужно было на коллегии Госкино утвердить сценарий, потом режиссеру говорили, какого актера можно, а какого нельзя брать на главную роль и всё это повторялось еще раз, когда фильм был уже снят. Каждый кинематографист знал, что, если он получил 260 поправок, значит, он снял хороший фильм, а если всего 50, то, наверное, не очень. Но несмотря на такое количество препятствий, можно и сейчас гордиться фильмами 60-70-х годов, тем как умели снимать, какая в кино существовала атмосфера.

Даже в любимых комедиях и культовых фильмах того времени не обходились без цензуры. Было много примеров и в «Кавказской пленнице», и в «Бриллиантовой руке». Леонид Гайдай даже применял против цензуры технику «лишнего кадра». Во время монтажа в самом конце ленты он приклеивал кусок съемки ядерного взрыва и заявлял комиссии Госкино, что пусть вырезают из фильма что угодно, кроме «гриба». Разумеется, именно взрыв и заставляли выкинуть, а многие теоретически «возмутительные» сцены остались незамеченными.

В сериале Виталия Масленникова Шерлок Холмс и Доктор Ватсон убрали упоминания Афганистана, из-за военного конфликта там. Много замен было и в знаменитом фильме Говорухина «Место встречи изменить нельзя». Цензоры выкинули начальную сцену из военного прошлого Шарапова и Левченко: захват и доставку через линию фронта раненого немецкого офицера, которого играл старший сын от первого брака Марины Влади. Выкинули и постельную сцену Шарапова и Синичкиной, намек на которую есть в романе братьев Вайнеров. Выбросили из финала и откровенный разговор Шарапова с Жегловым, в котором Володя должен был высказать своему шефу все, что о нем думает.

В эпоху Горбачева и сухого закона из многих фильмов вырезали упоминание алкоголя. После успешной премьеры фильма «Покровские ворота» его на год положили на полку по личному распоряжению директора Гостелерадио Лапина. Также из-за «сухого закона» из картины были выкинуты все сцены с выпивкой. «Нецензурированную» версию зрители увидели только после распада СССР. В фильме «Кин дза-дза» по сценарию, должны были привезти из Грузии и прихватить с собой на Плюк чачу. Пришлось при озвучке срочно менять «чачу» на «уксус». И таких примеров было масса.

Кинорежиссер Виталий Мельников, как-то заметил: «Все наши разговоры о строгой цензуре, о полной мертвечине… Как бы сказать? Это все сложнее, потому что, и сейчас есть люди опасливые, трусливые, которые постоянно, на каждом шагу перестраховываются, а тогда их было больше, но тогда тоже были умные люди, которые понимали вот это хорошо и нужно этому помогать, а это плохо, отвратительно или лживо — нужно это останавливать. Это всегда было — люди делились на умных и глупых, на порядочных и не очень.»
Были режиссеры фильмы которых запрещали сразу. Всем памятны печальные примеры Алексея Германа старшего, Михаила Швейцера, Сергея Параджанова и Андрея Кончаловского.

Странным образом политические предпочтения советских лидеров оказывали влияние и на кинопрокат. Например, благодаря дружбе с Индирой Ганди и Жаком Шираком в советском прокате было много индийских и французских фильмов и очень мало американских. Строго запрещались голливудские блокбастеры и арт-хаус.

Пример двойной цензуры того времени — черная комедия, в которой поднималась тема «холодной войны». «Доктор Стрейнджлав, или как я перестал бояться и полюбил атомную бомбу» Стенли Кубрика. Фильм запретили не только у нас, но не одобрили и в Америке. «Лолиту» и «Заводной апельсин» также не показывали в СССР. Не повезло и фильму «Последнее танго в Париже». Его запретили из-за откровенной сцены. «Звездные войны» тоже не прошли цензуру. Считалось, что «темная сила» — это советская власть.

Сам создатель «Звёздных войн» Джордж Лукас в интервью Wall Street Journal поделился своей точкой зрения о цензуре в Голливуде. Режиссёр, как ни странно считает, что его советские коллеги обладали гораздо большей свободой, чем он. «Им нужно было всего лишь быть осторожными с критикой правительства, а так они могли делать, что захотят», — рассказал Лукас. «Голливуд это крупная индустрия – здесь нельзя терять деньги. Смысл в том, что тебя вынуждают снимать определенное кино.»
На Западе нельзя просто открыто создать некий комитет по цензуре, который бы по своему усмотрению запрещал те или иные фильмы. Цензура фактически есть, но, если не вникать в суть, то может показаться, что, её, вроде как и нет.
Еще в 30-х в Америке был принят знаменитый кодекс Хейса. Он запрещал огромное количество тем: нельзя было подрывать нравственные устои зрителей, нельзя было издеваться над законом, следовало представлять нравственно правильные модели жизни и многое другое. Впрочем, можно было не следовать кодексу. Правда, тогда нарушающий его фильм ты мог показать разве что у себя дома, так как почти все кинотеатры входили в Ассоциацию. В общем, всё было добровольно-принудительно.
Продлился этот этап в истории американской цензуры до конца шестидесятых. Голливуд начал проигрывать более «раскрепощённому» европейскому кино и Ассоциация была вынуждена отменить кодекс. Но это не значит, что цензуры не стало. Она всего лишь приобрела другие формы. В 1968 году Ассоциация ввела действующую до сих пор систему возрастных рейтингов. Теперь можно снимать всё что угодно, но чем жёстче возрастное ограничение — тем меньше денег ты заработаешь в прокате. Если фильм получает рейтинг NC-17 (лица до семнадцати лет не допускаются), кинокомпания может распрощаться с хорошими кассовыми сборами. Нередки случаи, когда продюсеры и режиссёры по десять раз перемонтируют фильм, чтобы угодить членам комиссии и получить более мягкий прокатный рейтинг.
Кроме того голливудские студии мейджеры, не хотят рисковать и требуют от режиссёров снимать фильмы по определённому шаблону. Поэтому блокбастеры так похожи один на другой и индустрия топчется на месте. Голливуд, по сути, занимается выпуском одного и того же фильма. Новая часть «Звёздных войн», по содержанию очень напоминает самую первую часть 1977 года — закономерный итог. Но есть, к счастью ещё и независимое кино.

В Европе к запрещенным темам относятся мягче, здесь не запрещают, но предупреждают. Достаточно дать титр во время телепоказа: фильм содержит сцены насилия и нецензурную лексику, чтобы зритель сам решил, нужно ли ему его смотреть или точно убрал бы от экрана детей.
В России на сайте Минэкономразвития в 2011 году был опубликован проект регламента выдачи прокатных удостоверений. Согласно ему, фильму может быть закрыт выход на кинотеатры, если он: «содержит сцены, содержащие публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публично оправдывающие терроризм, а также сцены, пропагандирующие порнографию, культ насилия и жестокости; содержит информацию о наркотических средствах; если в фильме используются скрытые вставки или иные технические приемы и способы распространения информации, воздействующие на подсознание людей; если фильм содержит информацию об экстремистских организациях.»
С 1 июля 2014 года вышел закон о запрете использования нецензурной лексики на экране и в печатной продукции и литературе. Закон запрещает выдачу прокатного удостоверения фильму с ненормативной лексикой. На нововведение незамедлительно отреагировали кинематографисты. Они опасались гибели прежде всего артхаусного кино.
Федор Бондарчук выступил за возвращение нецензурной лексики в кино. По мнению режиссера, ответственность должна лежать на владельцах кинотеатров и дистрибьюторах кинопродукции, которые обязаны ставить возрастные ограничения 12+ или 18+.
Пострадали от нововведений и фильм «Да и да» Валерии Гай Германики, который вышел только в ограниченный прокат. «Комбинат Надежда» Натальи Мещаниновой, «Левиафан» Андрея Звягинцева, сериал «Садовое кольцо» Алексея Смирнова. В этих фильмах были вынуждены запикивать нецензурную лексику.

Получив в свои руки монополию на финансирование кино, Министерство культуры пользуется ей. Прежде всего, задействуя финансовый фактор.
Деньги на кино в России выделяются двумя ведомствами. Подчиненный Министерству культуры Фонд кино, выделяет деньги на коммерческое, зрительское и авторское кино. Все проекты представляются в виде защиты на экспертных советах. На одной из таких защит в 2013 году решили отказать в поддержке проекту «Чайковский» Кирилла Серебренникова. Режиссеру и его продюсеру Сабине Еремеевой намекнули, что из сценария должны исчезнуть указания на гомосексуальность композитора. Официальный отказ от Фонда кино был дан с формулировкой «не видим зрительского потенциала». Картина так и не была снята.
Другим приемом современной цензуры является обращение к экспертному мнению. Фильм Александра Миндадзе «Милый Ханс, дорогой Петр» об отношениях двух инженеров — Петра из сталинской России и Ханса из гитлеровской Германии накануне войны, получил у экспертов Фонда кино полупроходной балл. Ведомство проголосовало против, обосновав свою позицию тем, что не было, у СССР и Третьего рейха военно-технического сотрудничества в 1940-м году.
Фильм был отправлен на военно-историческую, а затем на социально-психологическую экспертизу. Причем первая проводилась силами Военно-исторического общества (РВИО), Владимир Мединский является его сопредседателем. Одним из экспертов был секретарь РВИО, профессор МГИМО Михаил Мягков. Он признавал право художника на вымысел, однако полагал, что в данном случае авторская фантазия может ввести зрителя в заблуждение. В результате профессор рекомендовал режиссеру перенести действие фильма на несколько лет раньше. И, видимо, пожертвовать ощущением предвоенного напряжения, необходимого для режиссера. Дело шло к компромиссу, однако в итоге режиссер провел свою линию: на экраны фильм вышел с титром «1941-й год».

Фильм Алексея Учителя «Матильда» стал, печально известным благодаря самому токсичному виду цензуры — цензуры снизу. Патриотические организации «Родительский контроль» и «Царский крест» усмотрели поругание православных святых в этом фильме. Проводились даже «психолого-культуролого-юридико-лингвистическая экспертиза».
Епископ Тихон Шевкунов, ответственный секретарь Патриаршего совета по культуре, назвал кино «пошлой фальсификацией», но к запрету фильма в патриархии призывать не стал. От проката фильма отказалась крупнейшая в России сеть объединенной компании «Синема парк — Формула кино» Александра Мамута — из опасений за безопасность зрителей после нескольких случаев агрессии направленной против создателей фильма.
Но Минкультуры, в случае с картиной Учителя почему-то встало на сторону режиссера. Быть может, дело в двух сотнях миллионов рублей, выделенных фильму по линии Фонда кино. Однако скандал не пошел на пользу фильму. Сам фильм не вызвал большого интереса: при бюджете в двадцать пять млн долларов картина собрала в прокате скромные девять.

Примером прямой цензуры в неигровом кино можно считать случай с документальным фильмом «Родные», снятым режиссером Виталием Манским, а также с фестивалем «Артдокфест», которым Манский руководит. Фильм был посвящен семье режиссера, которую жизнь раскидала— от Западной Украины до Донбасса. На их примере режиссер, описывает разлом, случившийся в российском и украинском обществе.
Ведомство заявило, что переводит картину «в резерв» в связи со «сложной ситуацией на Украине». Также менее чем через полгода после этого Министерство культуры отказало в поддержке «Артдокфесту» — вероятно, самому популярному российскому фестивалю неигрового кино под руководством Манского.
«Он (Манский) наговорил столько антигосударственных вещей, что пусть делает фестиваль за свой счет, никто не против. Мы же не запрещаем его фестиваль»,— так приводит слова Мединского Интерфакс.
Картине, которая все-таки была доснята и выпущена, дважды отказали в выдаче прокатного удостоверения . Авторы фильма подали в Генеральную прокуратуру иск о неисполнении Минкультуры своих обязанностей. После вмешательства прокуратуры прокатное удостоверение было выдано, и картина вышла в прокат в 10 кинозалах. Кроме того Министерство использовало бюрократический процесс, чтобы максимально отложить ее выход в прокат, считает режиссер.
Манский указывает на то, что сама необходимость просить государство выдать прокатное удостоверение уже является актом цензуры. «По идее, я просто должен уведомить государство, что выпускаю фильм в прокат и сообщить, есть ли там какие-то ограничения — смерть, секс, насилие. Тот факт, что я должен удостоверения дожидаться — сам по себе инструмент ограничения моей деятельности».

Ясно одно — с каждым новым случаем, подобно этому, государство и его чиновники получают новые инструменты для ограничения свободы самовыражения художника.
Но существует и самоцензура. Наши кинематографисты давно и по собственному желанию полностью зависят от государства. Не предпринимая серьезных попыток выйти на самоокупаемость, режиссеры и продюсеры добровольно выстраиваются в одну длинную очередь за государственными деньгами. Тогда они вынуждены сами ограничивать список тем и выбирать те фильмы, которые точно пройдут отбор и будут профинансированы. Оттого так много на экранах сейчас почти похожих друг на друга фильмов о спорте («Легенда 17», «Движение вверх», «Лед»), патриотизме и подвиге в прошлом («Экипаж», «Матч»), военно –исторических («Танки», «Панфиловцы», «Собибор») и других одобренных Минкультом темах.

Какие западные фильмы не попали в последнее время на широкий экран? Не вышли в прокат в связи с искажением исторической действительности фильмы «Смерть Сталина» и «Номер 44».

Первой же ласточкой не получившей прокатного удостоверения, стал в 2012 году фильм «Клип» . Министерство Культуры отказало в выдаче прокатного удостоверения, объяснив это тем, что фильм содержит «нецензурную брань, сцены употребления наркотиков и алкоголя, а также материалы порнографического характера», и основываясь на том, что по сюжету фильма главные герои не достигли совершеннолетия, что противоречит закону «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Общественная организация российских кинематографистов «КиноСоюз» выступила с официальным заявлением, осуждающим действия Минкульта и обвиняющим его в осуществлении цензуры. Как отметил дистрибьютор «Клипа», президент компании «Кино без границ» Сэм Клебанов, картина беспрепятственно демонстрировалась в рамках 34-го Московского международного кинофестиваля и включена в программу проходящего в сентябре в Санкт-Петербурге фестиваля «Послание к человеку». Впоследствии показ «Клипа» на фестивале «Послание к человеку» был отменён. Как полагает Клебанов, сделано это было под «мощнейшим административным давлением чиновников от культуры».

https://youtu.be/ZyoMQFUHTCM

Фильм «Любовь» Гаспара Ноэ тоже не получила прокатного удостоверения в России как слишком откровенный. В сентябре 2015 года министерство культуры России отказало в выдаче прокатного удостоверения фильму из-за, по словам чиновников, «многочисленных сцен порнографического характера». Ожидалось, что компания Premium Film выпустит «Любовь» в российский прокат. Представитель компании заявила, что для проката будут использованы «софт-материалы» (кадры, в которых прямо демонстрируются половые органы и половой акт, будут вырезаны или заретушированы). Кроме того, фильм должен был быть выпущен с возрастным ограничением 18+ и появиться только на ночных киносеансах. Тем не менее, фильм демонстрировался на экранах российских кинотеатров в рамках фестивальных показов. В Грузии по факту демонстрации фильма было возбуждено уголовное дело, поскольку его содержание признано порнографическим.

https://youtu.be/GFuTl86mBqM

Да что там «Любовь» , даже невинный и всеми любимый мультфильм «Ну, погоди» попал под запрет о вреде курения и его нельзя показывать до 23 00.
Вопрос о том, насколько полезна или вредна новая цензура для развития кино остается открытым. Но не стоит забывать о том, что цензура, не смотря на ее запретную функцию, всегда, в каком-то смысле, была двигателем искусства — заставляла искать обходные пути, изобретать новые выразительные приемы и бороться за свою авторскую идею. Как в финале знаменитого фильма «Кинотеатр Парадизо», где главный герой вырос и нашел тайник с вырезанными фрагментами всех фильмов которые он смотрел в детстве. Эта сцена стала одной из самых мощных и гуманных по силе своего воздействия на зрителя в истории кинематографа.

https://youtu.be/2AOWWTilu6Q

Мария Чемберлен, по материалам прессы.

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x