18 Сентября 2021г., Суббота
  • $ 72.6
  • 85.5
Главная» Культура» ФАНТАСТИКА БИБЛИОНОЧИ В ГАЛЕРЕЕ НА ХОДЫНКЕ

ФАНТАСТИКА БИБЛИОНОЧИ В ГАЛЕРЕЕ НА ХОДЫНКЕ

Лев Московкин/ автор статьи

В рамках проекта «Библионочь» в галерее «Ходынка» прошла лекция литературоведа и писателя Анны Гранатовой «Человек и мир будущего» .

Анна Гранатова планировала познакомить слушателей с творчеством и ключевыми сюжетами своего любимого писателя Ивана Ефремова и параллельно с творчеством Станислава Лема, Александра Богданова (Малиновского), Айзека Азимова и братьев Стругацких.

Анна Гранатова

Организаторам оказалась ближе тематика фильма Андрея Тарковского «Сталкер». Собственно, просмотр фильма и стал поводом всего мероприятия.

В советское время и Ефремов и Тарковский имели немало фанатов, но это были разные, непересекающиеся компании, которые оформились в своеобразные страты населения относительно определенных культурных ценностей.

Тарковский своим своеобразным творчеством дал возможность консолидироваться ядерной интеллигенции, преемственной от протестной страты XIX века. Она оказалась востребованной и в XXI веке для целей глобализующих проектов постмодернизма. Доминирующая в массовом сознании ментальность WASP нацелена на контаминацию и отсутствие логики. Революция 1991-1993 годов привлекла на общественную арену людей с естественнонаучным образованием, но относительно глобализующих проектов произошло обратное.

Весь мир превратился в одну большую зону с комнатой исполнения желаний – но если до нее добраться, результат будет сомнительный. Именно по этой причине творчество Тарковского стало классикой и имеет устойчивое продолжение.

Не зря кинофестиваль назвали «Сталкер».

Анна Гранатова рассказала о коллизиях, сопровождавших создание фильма «Сталкер», и его отличиях от романа «Пикник на обочине». Стругацкие несколько раз переписывали сценарий, а Тарковский все равно не был доволен. В итоге недовольство стало обоюдным.

Тарковский не извратил идею Стругацких, это было бы слишком просто, он ее трансформировал. Нативная идея повести «Пикник на обочине» развивает простую мысль о сути колониализма, о которой постоянно говорит зампред Думы Петр Толстой, раздражая представителя президента Гарри Минха.

Они могли бы договориться на базе повести «Пикник на обочине», и таких моментов интеграции через познание собственной природы в русском культурном наследии немало. Именно Стругацкие предвидели центробежные процессы в империи, которые пришли и ушли. Центростремительность вернулась, только место занято.

Классические туземцы отдавали ресурсы своей страны колонизаторам за стеклянные бусы — так по словам Толстого выглядела перестройка. Но ведь с радостью принятые западные ценности были совсем не безобидными бусами, они несли непредсказуемые последствия, наподобие того, что таскали сталкеры на продажу с места пикника неведомой цивилизации.

Справка

«Сталкер» (1979) – фантастический фильм-притча режиссёра Андрея Тарковского. Фильм снят по оригинальному сценарию братьев Стругацких, написанному по мотивам их повести «Пикник на обочине». Это одно из наиболее значительных произведений в творчестве Андрея Тарковского. Вместе с его фильмами «Андрей Рублёв» и «Зеркало», «Сталкер» периодически включается в списки лучших кинопроизведений всех времён. Производство фильма сопровождалось множеством проблем и заняло около трёх лет. Фильм получил «Приз экуменического жюри» на Каннском кинофестивале 1980 года.

Три персонажа фильма – профессор, писатель и сталкер-охотник – выведены на первый план для демонстрации полярного отношения к непознанной зоне и конкретно к террасе в ней (комнате). Чтобы любители процесса поиска вместо результата не ошиблись, незримо присутствует и четвертый персонаж — Дикобраз, который повесился после достижения целей.

Анна Гранатова говорит о творчестве Тарковского вполне исчерпывающе, отталкиваясь от противоречий его запросов с тем, что сделали и могли еще сделать атеисты Стругацкие, нацеленные на познание.

Почему мир людей пошел в сторону, обратную прогностике Ивана Ефремова о роли красоты в эволюции?

Есть три варианта познания: доказательное естественнонаучное, эмоционально-художественное и религиозное — на основе веры, то есть наперед заданных презумпций. Критерии духовности и признаки религиозности не работают, поскольку они характерны для любой формы познания, и носители точной науки отмечены еще каким фанатизмом.

Научная и художественная формы отличаются именно формой. Есть немало примеров, начиная с творчества Достоевского, Чехова и Толстого, описания элементов феномена человека в формализуемом виде. Сейчас мало кто знает, что данная линия познания не закончилась и на Стругацких.

На первый план достаточно искусственно выведен отказ о познаваемости мира. Он встречается во всех формах познания, провоцируя одну и ту же тиражируемую коллизию. Доходит до споров и распрей, обычно облекаемых в политические, идеологические разногласия – смотря по тому, кому какую маску удобно надеть. В конечном счете, независимо от лейбла, этих масок четыре: писатель, профессор, сталкер и Дикобраз.

Евгений Водолазкин добавил к этому набору пятый персонаж — условного глобализатора, получилась «Сестра четырех».

Иван Ефремов практически остался не понят и забыт. Спасибо Анне Гранатовой, она пытается продолжать эту линию.

Популярность Ефремова отличалась от узко-фанатичного ореола Тарковского. Гранатовой ближе естественный Ефремов. Он был ближе и массовому советскому читателю, потому, что его простые и понятные идеи подняли до интеллектуального уровня широкую читательскую аудиторию. На какой-то короткий исторический период страта научно-технической интеллигенции рассталась с имманентной тоской и приобрела позитивную роль в общественной эволюции.

Анна несколько раз напоминала, что Ефремов не просто писатель-фантаст, он палеонтолог и геолог. Его ассоциативный подход позволил найти в пустыне Гоби богатейший материал после того, как исследователи из США поставили крест на ней.

Организаторы проектов галереи «Ходынка» сообщили, что Анна Гранатова – литературовед, писатель, журналист, популяризатор науки. Доктор философии. Действительный член Балтийской педагогической академии. Лектор и автор ряда обучающих курсов. Ведущая программы «Шкатулка с визитками» на «Литературном радио».

У нее есть и собственные книги, например «Foxtrot втроем не танцуют. Приключения русских артистов в Англии».

Тематика заявлена серьезная: «Танцевальные дуэты нередко становятся семейными союзами. Вместе с чемпионами Блэкпула мы анализируем концепт Семьи Будущего. Рушится ли патриархальная модель? Грядет ли эра феминизма? Как выбирать жену или мужа? Какую роль играют дети? Что способно серьезно связать людей, а что – сделать их счастливыми?

Артистический мир – это не только азарт спортивной борьбы, но и любовь, надежда, ревность, обиды, месть, хитрость, предательство. Огромные финансовые риски и жестокие правила бизнеса. Вселенная танцующих Звезд – это больше, чем искусство, спорт, коммерция и даже любовь. Это – ярчайшая и поучительная драма жизни Жрецов Терпсихоры, отдавших жизнь Паркету, скользкому, как Лед».

И все же главной темой жизни Анны Гранатовой стала макроэволюционная идея в наследии Ивана Ефремова. Мне импонируют люди, зависимые от красоты больше, чем от конъюнктуры. Иногда кажется, автор гребет против шерсти и чешет, где не чешется. А на самом деле перед нами редкий персонаж Германа Гессе, который один из всей роты идет правильно.

Анна Гранатова интересна сама по себе как феномен, одна из нескольких женщин – интеграторов русской многоэтнической культуры независимо от количества прошедших революций.

Для компаративного примера можно привести Елену Котову «Период полураспада» или Ларису Склярук «Горечь сердца». Не говоря уже о Дмитрии Быкове, который довел женский подход в феноменологии текущей эволюции человека до филигранного мастерства.

Анна Гранатова не призывает на помощь «теорию Дарвина», у нее вообще нет выхолащивающих презумпций. Она открывает для новых соотечественников великих эволюционистов – кумиров их отцов: Стругацких, Лема, Азимова и, самое главное, Ивана Ефремова.

Далеко не каждый текст может быть признан в качестве теории, большинство не содержит следов логического вывода или экспериментального доказательства. Подписи «Дарвин» или «Моисей» недостаточно, Ветхий завет все равно останется ветхим. Мне жаль людей, кто, подобно Тарковскому, прячут свой генетический страх познания истины за воцерковленностью.

Вера несовместима с познанием. Наличие в тексте презумпций дезавуирует весь труд автора.

Одним из надежных критериев истины является присутствие в тексте описания эволюционных закономерностей.

Множество эволюционных процессов не укладывается в единую теорию, подобно «Общей теории всего», развенчанной Ийоном Тихим. А синтетические теории эволюции представляют интерес не больше вечного двигателя или торсионных полей.

Представляют интерес либо описание множества, либо описание множества моделей эволюции, например, Джона Мейнарда Смита, либо эволюции эволюционных идей, например, Колчинского или Чайковского, вариантов эволюции, например, Верна Гранта или Кирилла Еськова.

Подавляющее большинство потребностей в эволюционных моделях укладывается в мега-, макро- и микроэвоюции.

Кроме этого может быть интересно описание эволюции Владимира Малахова, который выходит за пределы биологического периода. С другой стороны, внятной идеи происхождения жизни до сих пор нет, за исключением идеи Станислава Лема в романе «Голос неба».

У Анны Гранатовой нет отпугивающих презумпций и есть четкое разделение эволюционных режимов. Также ценное наблюдение – носители эволюционной идеи «ребят из КГБ» интересуют больше общества в целом. Благодаря этому патологическому интересу неизвестной этиологии архив Ивана Ефремова утрачен для общества. Ровно то же самое случилось в итоге детектива, развернувшегося после смерти Тимофеева-Ресовского.

Лев МОСКОВКИН, Наталья ВАКУРОВА.

На фото: кадр из фильма Андрея Тарковского «Сталкер»

Лев Московкин/ автор статьи
Московская правда