КРОВАВЫЙ КАРТОЧНЫЙ ДОМИК

Какое отношение имеет знаменитый телесериал к американской и тем более к российской действительности?

После сетевого просмотра вышедшего в ноябре последнего, шестого сезона «Карточного домика» у любого нормального российского человека сложится убеждение, что на свете нет ничего противозаконней, аморальней, омерзительней и страшней, чем власть и борьба за власть в американском Белом доме. Там одни подонки, которые, в свою очередь, считают, что и все остальные – такие же: мол, у каждого в шкафу запрятан скелет, надо только найти — и тогда можно шантажировать, добиваться своего. Что и происходит.
Конечно, вольно или невольно возникает вопрос, как и насколько соотносятся художественный вымысел и реальность? Исчерпывающего ответа, разумеется, нет. Есть лишь мнения и предположения.
Газета Washington Post, одна из четырех крупнейших в Америке, выносит противоречивые оценки. С одной стороны: «Для американского зрителя «Карточный домик» — не более чем мыльная опера, разворачивающаяся на фоне мрачных хитросплетений американской политики».
С другой: «Сериал укрепил общественное мнение, будто в Вашингтоне сидят продажные себялюбцы. За границей он нанес урон еще больший, нашел отклик среди аудитории, где плохо знают американскую демократию – в России, Китае, Иране… Худший сериал об американской политике. Если вы хотите понять американскую политику, то зря потратили часы на его просмотр».
С третьей стороны: «Сериал занял особое место, став первопроходцем в изображении политического цинизма… оказал огромное влияние на весь мир, предопределив облик реальности и кинематографа — хотя разница между ними продолжает стираться».
То есть самый что ни на есть чернушный художественный вымысел все-таки соотносится с реальностью? Вплоть до того, что «разница между ними продолжает стираться»?
В другой статье той же Washington Post профессор-политолог Сет Мэскит, раскритиковав сериал по пунктам, последний, десятый пункт сформулировал так: «Главы администраций Белого дома настолько неузнаваемы, что могут быть остановлены без причины полицией и обысканы в грубой форме, а еще они могут нанять убийцу в маленьком городе без опасности быть узнанным. Ладно, это, наверно, похоже на правду».
Что именно похоже на правду? То, что такое важное лицо неузнаваемо или может нанять убийцу?
В любом случае, «Карточный домик» — типичное, очередное и очень громкое предупреждение американскому обществу: власть опасна, ее надо держать под жестким неусыпным контролем народа. Не случайно и здесь, как и во всех подобных фильмах, грязные политики больше всего боятся огласки в прессе, запросов-обсуждений в парламенте.
Однако оставим американцев, пусть сами разбираются. Другое дело, что российский зритель переносит свои вопросы и на родимую действительность. И тут исчерпывающих ответов быть не может. Мы ведь не знаем досконально, что происходит в коридорах высшей власти. Аксиомой считается, что интриги, «борьба бульдогов под ковром» присутствуют в любом аппарате власти.
Мы можем оперировать только тем, что известно из недавнего нашего прошлого.
Например, многим памятно «Дело о коробке из-под ксерокса». Но помнят только 500 тысяч долларов, а то, что там говорилось о «крови» (об убийствах?), почему-то осталось абсолютно не замеченным. Мимо пролетело.
Вечером 19 июня 1996 года охрана Дома правительства задержала сотрудников предвыборного штаба Ельцина, выносящих коробку с полумиллионом долларов. (Потом объясняли, что это для оплаты артистов, участвующих в избирательной кампании Ельцина под лозунгом «Голосуй или проиграешь!») Коржаков, начальник Службы безопасности президента, личной охраны Ельцина, уведомил директора ФСБ Барсукова, и они вызвали следователя, решив начать уголовное дело. Ситуация сложилась критическая. Предстоял второй тур президентских выборов. Преимущество было на стороне кандидата от КПРФ Зюганова. И скандал с долларами в команде Ельцина мог похоронить его шансы на избрание.
(Это вовсе не значит, что Барсуков и Коржаков хотели опорочить, угробить выборы Ельцина. Вовсе нет, они исправно служили Ельцину. «Просто» получилось то, что получилось, а впоследствии каждая из сторон использовала инцидент в борьбе группировок.)
Чубайс, неформальный глава предвыборного штаба, через дочь президента связываясь с дачей Ельцина, вызвал также съемочную группу НТВ. Ночью, в 1.20 в эфир вышел экстренный выпуск новостей:
«Нам только что сообщили высокопоставленные представители предвыборного штаба президента Бориса Ельцина, что около 18.00 по московскому времени была предпринята акция, которая является первым шагом в осуществлении сценария по отмене второго тура президентских выборов. По распоряжению руководителя ФСБ генерала Михаила Барсукова и руководителя Службы безопасности президента генерала Александра Коржакова были задержаны ключевые фигуры кампании по переизбранию Бориса Ельцина на второй срок… Совершенно очевидно, что данный шаг носит провокационный характер и логически вытекает из известной позиции руководителей силовых ведомств, выступающих за свертывание демократии и отмену президентских выборов… Похоже, страна находится на гране политической катастрофы».
Сообщение повторили Первый канал, ИТАР-ТАСС, «Эхо Москвы». Через три часа, в 4.20, секретарь Совета безопасности РФ генерал Лебедь заявил по всем каналам ТВ: «Второй тур пытаются сорвать… Любой мятеж будет подавлен, и подавлен предельно жестоко. Тот, кто хочет ввергнуть страну в пучину кровавого хаоса, не заслуживает ни малейшей жалости».
На следующий день в 12.30 Ельцин издал указ о снятии с должностей Коржакова, Барсукова и первого заместителя председателя правительства Сосковца, по общему мнению – лидера этой группировки.
Чубайс созвал пресс-конференцию:
«Так называемая коробка с деньгами — одна из традиционных провокаций в стиле КГБ советского периода… Нам хорошо известно, как иностранную валюту, деньги, подбрасывали российским диссидентам, и не только им… Сегодня ночью и днем, когда Борис Ельцин принял решение об увольнении господ Сосковца, Барсукова и Коржакова, был вбит последний гвоздь в крышку гроба под названием «иллюзии военного переворота в Российском государстве».
Страна полнилась слухами чуть ли не о новом ГКЧП.
Противники пытались бороться. 22 июня был подслушан и записан разговор Чубайса с первым помощником президента Илюшиным и сотрудником избирательного штаба Зверевым: «Я же говорю, что тут язык совершенно однозначный. Только в лоб… сказать, что либо заткнетесь, ребята, либо посадим. Всё. У нас материалов столько с документами, что хватит лет на 15 каждому. Про все воровство, про всю кровь, которая за ними стоит. В полном объеме. И лежит в достаточно надежных местах. И во многих местах это лежит. Если с любым из нас что-то происходит, мгновенно эти материалы публикуются. Схему я лично проработал до мельчайших деталей, сделал два месяца назад, потому что я знал, с кем имею дело. А сейчас картина такая: либо они затыкаются… либо будем сажать».
Эта запись появилась в прессе.
И – тишина. Ни Госдума, ни общественность не взбудоражились: о какой «крови» идет речь? Об убийствах? Не вызвали Чубайса, чтобы предъявил «материалы».
Мимо пролетело. Как будто обычное дело. Дескать, подумаешь, «кровь за ними стоит…» Для нас кровь людская – что водица. И Барсуков с Коржаковым промолчали, не подали на Чубайса в суд за клевету.
Кстати, совсем недавно, в октябре, о той ситуации напомнил советник главы Росгвардии, депутат Госдумы Александр Хинштейн: «Была разогнана служба безопасности президента. Те ее сотрудники, кто не смог смириться с ситуацией и не захотел ее просто «глотать», отдали мне аудиозапись. Она полностью противоречила всему, что публично говорил Анатолий Чубайс… Тогда он публично заявлял, что никакой коробки не было. Потом говорил, что запись сфальсифицирована. Но Генпрокуратура доказала: запись подлинная, не смонтированная».
А через четыре года после тех событий случилось нечто, не поддающееся воображению, не укладывающееся в сознание. (Впрочем, мы этого даже и не заметили.) Отставной генерал Коржаков, уже в ранге депутата Госдумы, заместителя председателя Комитета Государственной Думы по обороне с экрана телевизора рассуждал о принципах, которыми руководствовался в ту пору, когда возглавлял службу охраны президента:
«Для меня правильно — это когда всех выслушать и решить самому. Чтобы отвечал сам. Вот у меня в службе было именно так. Отвечаю я. И не отвечает тот человек, которого я посылаю на какое-то задание. Кого-то убить или не убить, или еще что-то». (ТНТ, 01.02.2000; Соловьев В.Р. Русская рулетка. М.: Эксмо, 2006.)
Поверить было трудно. «Посылаю… кого-то убить или не убить» произносилось так же, как «выпить или не выпить», «грибком закусить или огурчиком».
И что? Тишина. Никто никуда его не вызвал, общественность не спросила: кого это он приказывал «убить или не убить».
Коржаков депутатствовал в Госдуме до 2006 года. Бравировал ли он, болтал, присочинял или на самом деле отдавал такие приказы исполнителям, действовал сам по себе или выполнял чьи-то решения — до сих пор неизвестно. Узнаем ли мы когда-нибудь «про всю кровь», о которой говорил Чубайс, станет ли известно, кто были те люди, чьей жизнью распоряжался начальник охраны президента? И в чем он публично признался. Оттого, что не видел в этом никакого преступления? Считал, что по должности имел полное право отдавать приказы «кого-то убить или не убить»?
А мы обсуждаем американский сериал «Карточный домик»…

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x