В Новой Зеландии чиновникам запретили употреблять сложные и непонятные слова

Чиновникам придется четко и ясно подбирать выражения при общении, чтобы их смогли понять представители всех слоев общества.

В Новой Зеландии решили навсегда попрощаться с неудобнопроизносимыми служебными записками и эвфуистическими высказываниями политиков. Парламент Новой Зеландии принял новый закон, в соответствии с которым чиновникам придется отказаться от использования жаргона и сложных терминов при общении с широкой публикой.

Так называемый «Законопроект о простом языке», который обязует чиновников использовать простой и понятный язык, был принят в третьем чтении 20 октября. В правительстве заявили, что закон обозначит новый уровень инклюзивности демократии. Отмечается, что этот законопроект особенно поможет людям с ограниченными возможностями, людям, у которых английский - лишь второй язык, и людям с низким уровнем образования.

«Люди, живущие в Новой Зеландии, имеют право понимать, о чем их просит правительство, и что они вправе запрашивать у правительства», – заявила член новозеландского парламента Рэйчел Бояк. Законопроект вызвал ожесточенные дебаты в парламенте, и оппозиция пообещала отменить его в случае победы на выборах в следующем году.

Депутат Симеон Браун заявил, что «это решение лишь спровоцирует проблемы» и, что оно создаст еще больше бюрократических структур в виде чиновников, следящих за использованием простого языка. «Полицией простого языка! Вот кем они станут! Полиция простого языка в маленьких белых костюмах, которая будет бегать по округе со своими планшетами, заглядывать через плечо всем государственным служащим и проверять, пишут ли они словами, состоящими менее чем из одного слога».

Сторонники законопроекта считают, что это позволит сэкономить деньги и время правительства, а также что четкая коммуникация – это ключ к устойчивой и функционирующей демократии. Они добавили, что законопроект поможет людям с ограниченными возможностями, пожилым людям и тем, кому часто нужен перевод документов.

Тесс МакКлюр.

Источник – The Guardian

Перевод – Даниил Прилепский «Московская правда»