Чем ограничено российское законодательство

Пленарное заседание Госдумы в четверг, 10 ноября отмечено серией законопроектов, в которых четко просматривается стремление упорядочить, ограничить и улучшить то, что согласно естественному праву не имеет права на существование. Что им было доказано в мире, еще когда у нас была советская власть.

новые законы
duma.gov.ru

На вопросы скептически настроенных оппозиционеров ответить докладчикам было по сути нечего. Креативный председатель комитета по бюджету Андрей Макаров пустил в ход против оппонентов собственные изобретения. Приписал идею «все потратить» —  алкоголику. Так он пытался доказать, что бюджету нужна подушка безопасности. После ареста трехсот миллиардов долларов российских активов это было сложно.

Кто попроще, пользовался заготовками. Самым красивым из контента этого дня стало выражение докладчика по законопроекту о коллекторах Анатолия Выборного: «Так вот в теории, казалось бы, все просто и ясно, а вот на практике нет. Отсюда, кстати, и тот принцип, о котором все говорят: вас не убили – нет, приходите, когда убьет».

Принцип работы правоохранительных органов стал настолько банален, что по нему саркастически весело проехались авторы взрослого варианта «Смешариков».

Я не профессиональный журналист, в несоветское время в журналистике почти не осталось действующих журналистов с базовым образованием. Но я все же получил дополнительное образование на Журфаке МГУ и после этого продолжал учиться у Ясена Засурского, Александра Тертычного, Михаила Шкондина, Луизы Свитич, Елены Вартановой и конечно же у моего любимого классика Натальи Вакуровой, завкафедрой журналистики ИСИ.

Меня учили, что главный враг журналиста – банальность. С ней обычно идут черный пиар и реклама. Это не значит, что журналист обязательно продажный. Он зомбированный. Или просто нужный человек попросил. Нет добра без худа. Теперь я вижу запрограммированные ошибки других журналистов. Как говорил бывший депутат, медицинский академик Сергей Колесников, можно так написать, что журналистам и платить не надо. Сами прибегут и опубликуют.

Колесников оказался провидцем. С моей точки зрения, парламентский пул гоняется за эксклюзивами и выпускает единообразные сообщения, подобные клонированным солдатам Урфина Джюса. Их всех можно превратить в садовников, но нельзя сделать разными.

С законодательством получается примерно то же самое. Депутаты ночами не спят, все думают о счастье народа. В мучительных спорах создают замечательные законопроекты. А на выходе получается одно и то же – улучшение того, что не должно быть.

В прошлом был такой депутат, затем сенатор Валерий Рязанский. Когда он представлял Думе законопроект о стимулировании работодателей в направлении занятий сотрудников физкультурой, его спросили о причинах сложной конструкции документа. Он объяснил тем, что ему так велели. И это стало первой каплей. Последней был закон о запрете снюсов. Больше нет такого парламентария.

Депутаты в отличие от журналистов и мультипликаторов имеют возможность влиять на правоприменение в рамках парламентского контроля, когда оно расходится с законом. Вместо этого сами нарушают естественное право и поэтому их законы не могут работать.

Ограничения можно видеть во многих законах. Например в один день 10 ноября такие признаки содержали законопроекты: об особенностях исполнения бюджета, об ответственности коллекторов, о восстановлении лицензирования иностранных автомобильных перевозок спирта, об ипотечных каникулах пострадавшим от стихии заемщикам, о госконтроле за иностранными инвестициями в стратегически значимые сектора экономики, о передаче части полномочий правительства министерствам и ведомствам с угрозой снижения социальных гарантий, о процедуре уведомления НКО о предстоящем исключении из реестра юрлиц и устранении избыточных требований к уставам НКО.

Перечислено только то, что я выловил из повестки одного дня. Как всегда, многого я не понял в тех вопросах, по которым не было дискуссии. Что я знаю совершенно точно: в России не должно быть стерилизации денег, иностранных инвестиций и иностранного спирта, НКО и ипотеки. На заседании в четверг ни разу не помянули о таком инструменте размывания государства, как конфессии. То, что относится к культуре, обсудили накануне, причем далеко не все. Рассеивание государственных функций и передача частникам или общественникам категорически недопустима. Законодатели пытаются отделить отечественные НКО от иностранных, но это невозможно и не нужно. Получается кривое исполнение обязательств перед Западом о развитии гражданского общества для усиления внешнего влияния и ослабления национального государства. Понятно, не Дума определяет формат законодательства.

Для конкретизации приведу в пример два принятых документа. Принят в первом чтении депутатский законопроект «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статьи 150 и 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». Вводится уголовная ответственность за незаконную деятельность коллекторов до пяти лет, в организованной группе до десяти. Я не понял, как может быть деятельность коллекторов вне организованной группы, но депутаты об этом не спрашивали. Говорили о главной проблеме – колоссальной закредитованности населения. О том, что черных коллекторов втрое больше и законам они не подчиняются. Угрозы и клевета осуществляются такими способами, что доказать авторство коллекторов невозможно.

В дискуссии часто звучало требование запретить коллекторскую деятельность. Фракция ЛДПР внесла такой законопроект по инициативе Жириновского восемь лет назад. Докладчик, единоросс Анатолий Выборный, аргументировал попытку упорядочения того, чего не должно быть, отказами в полиции. Вот если вас убьют, тогда приходите. Обсуждать запрет коллекторской деятельности докладчик категорически отказался.

«Что же касается в принципе запретить институт коллекторов, ну, давайте этот вопрос мы отдельно проработаем, не в рамках проектируемых новелл, это требует отдельного обсуждения, экспертного обсуждения, поскольку действительно есть разные случаи. И мы видим, как, с одной стороны, есть недобросовестные лица, которые берут кредит и с намерением не возвращать, это тоже большая проблема для кредитных организаций, финансовых организаций», – ответил на многочисленные требования коллег по палате докладчик Выборный.

Но вот что интересно. Задолго до победного наступления несоветской власти в России эксперимент по развитию закредитованности населения успешно проведен в Японии. От одного этого ослабленность и зависимость страны значительно повысились. Вашингтон продавливал в странах мира шальное микрофинансирование с упорством большим, чем накопительную пенсионную систему или альтернативную энергетику. Реклама была сумасшедшей и включала Нобелевскую премию для подставного изобретателя МФО из Бангладеш.

Главным вопросом пленарного заседания в четверг стал принятый во втором и третьем чтении закон с длинным названием «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации, приостановлении действия отдельных положений Бюджетного кодекса Российской Федерации, признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации и об установлении особенностей исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в 2023 году».

Документ внесен правительством по инициативе Минфина с множеством антикризисных изменений. Все они меркнут на фоне сохранения переформатированного бюджетного правила. Тут из-за предопределенности заготовки по бюджетной конструкции конструкции Андрею Макарову выпала рель неблагодарная.

Председатель думского комитета по бюджету Андрей Макаров очень умный и мужественный человек с чувством истины, хотя и немного нервный, из-за чего иногда принимается хамить. Это случается, депутаты Оксана Дмитриева, Михаил Делягин или кто-то из коммунистов, чаще всего Щапов, покушаются на конструкцию бюджета, с тяжелейшим трудом выстраиваемую каждый год

Представляя законопроект коллегам по палате, Макаров сказал: «Есть две нормы, которые, грубо говоря, остаются временные, но они связаны не с тем, что мы не хотим дать свободу на постоянной основе, а с тем, что просто они касаются государственных программ и национальных проектов, срок действия которых сегодня ограничен двумя годами. Как только будет принято решение о том, в каком виде они продолжат своё существование, естественно, мы будем решать этот вопрос и в отношении этих вопросов. Коллеги, закон большой, подробнейшее заключение, таблица поправок. Наверное, не буду отвлекать вас больше по этому закону, ещё раз говорю, что на самом деле сегодня делается важнейший шаг на пути, наконец, возврата к бюджетному федерализму и предоставлению региону возможности всё-таки самому решать очень многие бюджетные вопросы».

Конец цитаты.

Далее на арену вышла стоический критик Макарова, независимый депутат Оксана Дмитриева, чтобы представить поправки с отменой бюджетного правила. Предупреждаю сразу, цитата длинная.

Дмитриева сказала: «Уважаемые коллеги, данный законопроект вводит очередное бюджетное правило и снова постулирует тезис о том, что не все нефтегазовые доходы, которые получены, нужно направлять в бюджет, а опять же разделяет их на базовые и дополнительные.

Комплекс поправок, который поставлен на голосование – это поправки, которые отменяют бюджетные правила и постулируют тезис о том, что все нефтегазовые доходы должны поступать в доходы бюджета и тратиться на расходы.

Уважаемые коллеги, несколько раз нам доказывали в течение многих лет, что Фонд национального благосостояния – это подушка безопасности, это деньги на «черный» день. Но сейчас уже, по-моему, всем ясно, когда 300 миллиардов долларов фактически заморожены и конфискованы, и чья это подушка безопасности – большой вопрос, но уж точно не нашей страны. Но тем не менее всё равно продолжают настаивать на той же самой практике.

Если не убеждают 300 миллиардов, которые фактически конфискованы долларов, то, может быть, слова Эйнштейна кого-то убедят «Безумие – это делать одно и то же и то же снова и снова, и ожидать иных результатов».

Дмитриева завершила саркастически: «Что бы мы делали… тоже очень частое восклицание, а что бы мы делали, если бы у нас не было Фонда национального благосостояния? Если бы мы не накопили Фонд национального благосостояния, то не было бы этих трехсот миллиардов долларов».

По мнению депутата Дмитриевой, «У нас были бы больницы, школы, дороги, мосты, метро, транспорт, жилье, которое мы бы за эти деньги в течение многих лет построили.

Более того, деньги, ну, фактически эмитировались в кризис 2008 и 2009 года. Если бы мы не накапливали до этого деньги в Фонде национального благосостояния, то не было бы у Соединенных Штатов Америки средств на развитие ипотечного кредитования, поскольку мы в течение всех этих лет финансировали и закупали ипотечные ценные бумаги Freddie Mac и Fannie Мае.

Поэтому я считаю, что нужно (уже доказана абсурдность этой политики) всё-таки прекратить, отменить бюджетное правило, отменить разделение доходов на нефтегазовые и ненефтегазовые, и направлять их в целом все в доходы бюджета и тратить на расходы согласно принципам бюджетирования, в том числе и на инвестиционные расходы. Потому что почему решили, что инвестиции, которые осуществляются за счёт ФНБ, лучше через ФНБ, чем инвестиции, которые идут непосредственно из бюджета.

На самом деле из бюджета лучше, потому что там больше доля средств, которые идут на прямые бюджетные инвестиции. А из ФНБ идёт через покупку акций, а это не значит, что покупка акций потом будет сопровождаться реальными инвестициями».

Конец цитаты.

Поправки отклонили, но по процедуре Дмитриева среди прочего получила возможность уколоть в уязвимое место адвоката Макарова без базового экономического образования: «Дискуссия по 7-й поправке, где было все переподнято с ног на голову, как раз в моей-то поправке и предлагается исключить норму, которая ограничивает расходы заранее, поскольку это действительно норма закона о бюджете. Все с ног на голову.

Но это еще раз лишнее доказательство разницы между экономистом и адвокатом. Адвокату нужно найти какую-нибудь зацепку, чтобы развалить дело, а экономист все-таки хочет доказать истину и выбрать правильный для развития экономики страны вариант».

Конец цитаты.

Макарову пришлось признать наличие бюджетного правила, первоначально его пытались скрыть. Также то, что базового экономического образования у него нет. Сдав позиции, парировал жестким сравнением своего оппонента с алкоголиком. Фракция доверила председателю комитета высказать позицию.

Таким образом Макаров объяснил необходимость бюджетного правила: «По какой цене бюджет сможет получить деньги, необходимые нам на выполнение вот тех самых социальных обязательств, тех приоритетов, которые мы здесь с вами обсуждали.

И поскольку эти приоритеты, не интересно, а главная задача уже решена, мне не надо больше времени. Я даже не буду сейчас приводить цифры, сколько осталось в Фонде национального благосостояния. Наверное, единственное, что скажу, когда говорят, там говорили, что это нужно на черный день. Вот на этот день мы сегодня их и тратим, и в прошлом году тратили.

Вот, для чего был нужен Фонд национального благосостояния.

А идея потратить все сразу – это на самом деле идея, знаете, если сравнивать бюджет с семейным бюджетом, это идея алкоголика, который, идя домой, когда он получил зарплату, пропивает её сразу, приходит домой и говорит жене: ну ничего, может, в конце года премию дадут. Это тоже вполне возможный научный подход.

Но, мне кажется, на этом можно дискуссию закончить и перейти ко второй части, которая необходима Оксане Генриховне – к голосованию».

Конец цитаты

Не все интересное из дискуссии можно привести. Прозвучало, что бюджет фиктивный, бюджетное правило никогда не выполнялось и что в сравнении государства с алкоголиком возможно оппоненты правы.

К неудовольствию председательствующего зампреда Думы Александра Жукова через кнопку «по ведению» дорвался дотошный Олег Смолин: «В связи с тем, что была озвучена цифра остатков средств в Фонде национального благосостояния -2,3 триллиона рублей, если я правильно помню, на конец прошлого года они составляли 13,9 триллиона рублей.

И большая просьба к комитету по бюджету уважаемому – представить депутатам, что называется, расклад, какая часть средств Фонда национального благосостояния была заморожена и на что были истрачены остальные части Фонда национального благосостояния».

Конец цитаты.

На вопрос «Где деньги?» Жуков может ответить наизусть без суфлера, но он по причина политкорретности предпочел замотать тему: «Ну это не по ведению, в комитет обратитесь, я уверен, они вам такую справку предоставят».

Лев МОСКОВКИН.

новые законы
Подписаться
Уведомить о
guest
3 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Рената
Рената
19 дней назад

«ВОЗМОЖНО (!) оппоненты правы»! А сами знают, что правы, только помалкивают. Еще бы, такие теплые местечки занимают.

Алексей
Алексей
19 дней назад

Очень интересная статья. Все расписано понятно доступно есть что почерпнуть из этой статьи. Тем более это сейчас самая актуальная тема в нашем государстве.

Елена
Елена
20 дней назад

Какой Фонд национального благосостояния, если благосостояние народа отсутствует. Есть только у отдельных индивидуумов (. А МФО и коллекторы — это вообще преступники в законе.

3
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x