Достопримечательности Москвы: памятник «Хо Просветителю»

18 мая 1990 года в Академическом районе Москвы установили памятник вьетнамскому политическому деятелю Хо Ши Мину.

Хо Ши Мин (переводится как «Хо Просветитель») изображен на фоне символического солнца. Перед солнечным диском — скульптура поднимающегося с колен молодого вьетнамца. С обратной стороны «солнца» – тропические цветы и два бамбуковых дерева. На пьедестале памятника, выполненного из бронзы и камня, – слова Хо Ши Мина: «Нет ничего дороже независимости, свободы».

В 1923 году Хо Ши Мин (его настоящие имена: «молочное», данное при рождении, – Нгуен Шинь Кунг и «книжное», полученное перед поступлением в школу, – Нгуен Тат Тхань) приезжает по приглашению Коминтерна из Парижа в Москву. Для конспирации пропуск в Советский Союз был выписан на другое имя. Ехать Хо Ши Мину пришлось через Германию: сначала в Берлин, оттуда — в Гамбург. 30 июня 1923 года Хо Ши Мин под псевдонимом Нгуен Ай Куок («Нгуен-патриот») прибыл пароходом в Петроград, и затем поездом в Москву.

«Вступление в партию стало для Тханя началом профессиональной революционной деятельности. Тогда-то он и взял себе новый псевдоним, или скорее партийное имя — Нгуен Ай Куок, что значит Нгуен-Патриот, – пишет Евгений Кобелев в книге из серии ЖЗЛ «Хо Ши Мин» (издательство «Молодая гвардия», 1983 г.). – Сознательный выбор в пользу Коминтерна, в пользу ленинизма он сделал летом 1920 года. <…> Нгуен направляет письмо в Комитет III Интернационала с просьбой принять его в состав Комитета и получает положительный ответ. <…> Чтобы не попасть в поле зрения филеров, Нгуен, одетый в элегантный костюм, ехал в вагоне первого класса экспресса Париж — Берлин и, как он вспоминал, «курил дорогую гаванскую сигару, изображая из себя богатого коммерсанта». В Берлине его встретил один из немецких товарищей, который затем посетил представительство РСФСР и попросил советских друзей выдать документ представителю ФКП (Французской коммунистической партии. — С. И.), уроженцу Индокитая, который направляется в Москву на работу в Коминтерн. Вскоре Нгуену вручили за подписью полномочного представителя РСФСР в Германии «проходное свидетельство» на имя фотографа Чен Ванга, совершающего путешествие. Через несколько дней на советском пароходе «Карл Либкнехт» он прибыл из Гамбурга в Петроград. <…>

У него не было при себе никаких документов, кроме «проходного свидетельства»… Кошелек его практически был пуст, все его сбережения, приготовленные для дальней дороги, съела чудовищная инфляция в Германии, где ему пришлось даже за газету расплачиваться тысячами марок. Весь его дорожный багаж состоял из легкого чемодана — того, который он получил от французского товарища на Северном вокзале в Париже…»

Хо Ши Мин

На вопрос пограничника: «С какой целью вы приехали в Советскую Россию?» – Хо Ши Мин ответил: «Я хотел бы прежде всего увидеть Ленина». «К сожалению, сейчас это сделать невозможно. Товарищ Ленин болен», – ответил пограничник.

В Москве Нгуен-Хо Ши Мин, как и другие деятели Коминтерна, поселился в гостинице «Люкс» на Тверской улице (с 1953 года она стала называться «Центральной», сейчас на реконструкции. — С. И.). Оттуда его путь чаще всего лежал на Манежную площадь и Моховую. В здании, расположенном в Троицком проезде, напротив библиотеки Румянцевского музея (ныне Библиотека имени В. И. Ленина), размещался аппарат Исполкома Коминтерна. В первые же дни по прибытии Нгуен стал сотрудником восточного отдела ИККИ.

В 1923 году Осип Мандельштам в качестве корреспондента взял интервью у этого молодого человека, прибывшего в СССР по линии Коминтерна. Иностранный коммунист показался Мандельштаму юнцом.

«Он почти мальчик, худой и гибкий, в вязанной шерстяной телогрейке. Говорит по-французски, на языке угнетателей, но французские слова звучат тускло и матово, как приглушенный колокол родной речи» — так написал поэт в своей статье.

Мандельштам ошибся: «почти мальчик» был его сверстником, даже чуть старше. 33-летний Нгуен Ай Куок приехал в Советский Союз, имея за плечами жизненный опыт и острое желание исправить мир к лучшему. Для Осипа Эмильевича его собеседник из Французского Индокитая остался одним из многих иностранцев, искавших в СССР путь к построению справедливого общества. Поэт так и не узнал, что говорил с человеком, которому предстояло стать одной из знаковых политических фигур XX века…

Хо Ши Мин был убежден, что болезнь Ленина скоро отступит и Ильич примет участие в предстоящем V конгрессе Коминтерна.

«На крестьянской конференции в Андреевском зале Кремля он с сияющими от счастья глазами рукоплескал вместе с делегатами, когда им объявили, что Ленину стало значительно лучше, он уже ходит, врачи разрешили ему читать газеты, – пишет Евгений Кобелев. – Но прошло несколько недель, и стало ясно, что это улучшение самочувствия было временным. 21 января в Москву пришла скорбная весть — Ленина не стало.

«Во время завтрака в столовой, находившейся на первом этаже гостиницы, — вспоминал об этих днях Хо Ши Мин, — мы узнали, что умер Ленин. Этому никто не хотел верить, но, взглянув в окно, мы увидели, что над зданием Моссовета приспущен красный флаг с траурной каймой. Нас охватила безмерная скорбь. Ленин умер! Мне так и не довелось встретиться с Лениным, и это было самой большой горестью в моей жизни…»

В числе первых коминтерновцев Нгуен пришел к Колонному залу Дома союзов проститься с… вождем мирового пролетариата».

Итальянский писатель Джованни Джерманетто вспоминал:

«Москва в январе 1924 года. В разгаре русская зима, когда температура порой опускается ниже 40 градусов. Несколько дней назад скончался Ленин. В то утро в нашем номере гостиницы «Люкс» раздался тихий стук в дверь. Затем дверь открылась, и к нам вошел очень худой молодой человек.

— Я вьетнамец, меня зовут Нгуен Ай Куок, — проговорил он. — Я собираюсь к Дому союзов, чтобы проводить Ленина в последний путь…

— Товарищ Ай Куок, вы так легко одеты, что просто не выдержите мороза. Подождите, пока для вас раздобудут теплую одежду, и тогда пойдете…

Ай Куок тяжело вздохнул и, ни слова не говоря, сел пить чай вместе с нами, а затем вернулся к себе. Мы тогда подумали, что он послушался нас и никуда не пошел.

…Где-то около 10 часов вечера вновь раздался легкий стук. Я открыл дверь: передо мной стоял товарищ Ай Куок. Лицо его было иссиня-бледным, уши, нос, пальцы рук стали лилового цвета от лютого мороза.

– Я только что побывал у гроба с телом Ленина. — Ай Куок с трудом говорил, его зубы стучали от холода. — Я не мог ждать до завтра, чтобы поклониться самому великому другу народов колониальных стран… Товарищи, у вас не осталось горячего чая?..».

«Я ехал в Советскую Россию с мечтой увидеться с Лениным, побеседовать с ним, но, к моему огромному несчастью, нe успел. Теперь с нами его великое учение, – говорил Хо Ши Мин. – Мы, вьетнамские патриоты, долго брели во тьме, не видя пути к освобождению своей родины. Ленин указал нам этот путь, и мы уже никогда с него не свернем» (цитируется по книге Евгения Кобелева «Хо Ши Мин»).

Хо Ши Мин не раз бывал в СССР уже после победы вьетнамской революции как президент ДРВ и председатель ЦК Партии трудящихся Вьетнама. В 1955 году были подписаны первые соглашения о разностороннем советско-вьетнамском сотрудничестве.

Вечером 1 сентября 1969 года в ханойском Дворце конгрессов на площади Бадинь, как обычно, открылось торжественное собрание общественности столицы по случаю национального праздника — Дня провозглашения независимости Вьетнама. Но место Хо Ши Мина в президиуме пустовало, он был тяжело болен. Через два дня «великого сына вьетнамского народа», как называли Хо Ши Мина в СССР, не стало. Он ушел на 80-м году жизни.

Хо Ши Мин похоронен в мавзолее в Ханое.

«При возведении мавзолея архитекторы использовали великолепный, поблескивающий на солнце, словно омытый дождем, мрамор из Дананга, – пишет Евгений Кобелев в своей книге про Хо Ши Мина. – Золотые звезды, серп и молот на знамени в траурном зале усыпальницы сделаны из оранжевого мрамора, которым славится провинция Тханьхоа. Само знамя отделано редко встречающейся в мире чистой, без примесей, ярко-алой яшмой, тоже присланной жителями Тханьхоа. Малиново-красная надпись на фронтоне и красные полосы по обеим сторонам от входа в мавзолей выложены знаменитой чунгкханьской яшмой из провинции Каоланг — края, в котором прошли многие годы партизанской жизни Хо Ши Мина. У стен мавзолея, по обеим сторонам площади Бадинь, высажены самые яркие представители богатой вьетнамской флоры. Редкое дерево «те» привезено из местности, где, по преданию, четыре тысячи лет назад царствовали первые мифические вьетнамские короли Хунг Выонги. С идеально прямым, как стрела, стволом, устремленным в небесную голубизну, дерево «те» призвано символизировать славный жизненный путь, пройденный Хо Ши Мином…»

Хо Ши Мин стал для своих соотечественников человеком, вера в которого была безграничной.

В Москве в честь Хо Ши Мина была названа площадь. В канун празднования дня рождения вьетнамского политического и партийного деятеля на ней был установлен памятник Хо Ши Мину скульптора В. Е. Цигаля (за создание этого памятника Владимир Цигаль удостоился вьетнамского ордена Дружбы) и архитектора Р. Г. Кананина.

Сергей Ишков.

Источники фото: moskvapark.naidich.ru и ru.wikipedia.org

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x