Депутаты Госдумы обсудили мобильные таможни, чипирование животных и духовную аспирантуру

Законодательная работа Государственной Думы вошла в обычное русло с ожесточенными спорами вокруг нестыковки обещаний докладчиков от правительства с тем, что записано в текстах законопроектов.

На фоне усиления международных санкций внутри страны принимаются некоторые послабления. Например, принят в первом чтении законопроект правительства о смягчении ответственности за нерепатриацию валютной выручки под названием «О внесении изменений в статью 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Председатель Комитета Государственной Думы по защите конкуренции Валерий Гартунг потребовал вообще убрать штрафы за нерепатриацию валютной выручки. Экспортерам не платят, и они идут любые условия, чтобы продлить контракт, потому что выиграть суд у наших органов валютного контроля невозможно.

Получается, что российских производителей бьют с обеих сторон, и вне, и внутри страны.

Еще один правительственный законопроект, принятый в первом чтении, — о деятельности мобильных групп таможенных органов. В настоящий момент их полсотни в отдельных регионах, авторы законопроекта хотят такими новациями покрыть всю страну. Инициатива подается как антисанкционная, но по сути является продолжением внешних санкций внутри страны.

Законопроект называется «О внесении изменений в статьи 226 и 261 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Дискуссия состояла в основном из простых вопросов риторического характера, ответа на которые нет.

Сардана Авксентьева из фракции «Новые люди» не понимает, зачем вводить дополнительные проверки.

«Я вот только что вернулась из Астрахани. И там предприниматели жалуются на увеличение количества проверок. Кроме того, у них там еще начальника таможни осудили на 7 лет за взятки. Я смотрю, что этот документ правительство внесло 7 февраля, в другой реальности. И зачем вы продолжаете это сейчас делать, если это ведет к увеличению количества дополнительных проверок? И имеет ли этот закон сейчас актуальность?» — спросила Сардана Авксентьева.

А эсер Олег Нилов задал совершено бесхитростный вопрос: законна ли такая деятельность?

Развернутый ответ с обоснованием незаконности дал председатель комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов.

«Я напомню, что главным документом, который регулирует поведение водителя, который управляет любым транспортным средством, являются Правила дорожного движения.

В федеральном законе можно всё что угодно прописать, любыми полномочиями наделить, но водитель в рамках закона должен руководствоваться Правилами дорожного движения, где указано, каким знаком должна быть обозначена территория, на которой он может на законных основаниях общаться с представителями таможенной службы, в каких случаях он должен предоставлять документы», — сказал Ярослав Нилов.

Он предупредил, что закон приведет к банальной коррупции либо к конфликтам.

«Посмотрите, сколько издевательств сегодня испытывают водители, когда перевозят товары из-за рубежа в нашу страну, когда им бросают под колеса саморезы, когда их подрезают, видя номера Российской Федерации, например, в Польше, и прочие провокации устраивают.

И сегодня, если мы эти поправки предлагаем, должна быть ясность, понятность и обязательная корректировка Правил дорожного движения, чтобы мы не получили определенный правовой вакуум или правовую неопределенность, когда сотрудники в погонах начнут просто давить морально…

Водители будут правы. На них будут давить, их будут пугать, их будут понуждать. Некоторые водители будут понимать, что им проще откупиться, но в данном случае водитель будет прав в связи с тем, что по Правилам дорожного движения у него нет обязанности в конкретном месте предоставлять не сотруднику дорожной полиции свое водительское удостоверение, документы на машину и документы на товары», — спрогнозировал развитие проверок на дорогах Ярослав Нилов.

Валерий Гартунг в данном вопросе нашел простую подоплеку.

«Да, поток товаров через таможню у нас иссяк, меньше стал. Да, видимо, у нас пошатнулись доходы таможенников, так давайте мы им дадим еще полномочия не только в приграничных регионах ловить, а по всей стране, и не только грузовики, а любое транспортное средство», — растолковал Гартунг.

Законопроект о маркировке сельскохозяйственных животных прошел первое чтение как песня в хоровом исполнении на разные голоса, когда каждый о своем.

Докладчик от правительства, замминистра сельского хозяйства Иван Лебедев пытался убедить депутатов, что без маркировки никак нельзя.

«Нет системы учета на территории страны, ни килограмма мяса курицы, птицы, крупного рогатого скота поставить мы не имеем права. Поэтому в сегодняшних условиях, я бы сказал, наоборот, это запрос отрасли, такой кричащий и очень-очень необходимый», — сказал замминистра.

Он сообщил, что кольцо, которым можно маркировать животное, сегодня стоит от 5 до 10 рублей, бирка — до 15 рублей, а самый современный чип — порядка 150 рублей.

«Всё это производится на территории Российской Федерации из компонентной базы, которая принадлежит только нам. И поэтому здесь мы никак не зависим ни от кого, поэтому ни технологически, ни финансово мы не видим сложных последствий для того, чтобы это оказало свое влияние на конечную стоимость производства продукции», — сообщил Лебедев.

При этом он заверил, что требования маркировки не коснутся личных подсобных хозяйств. Но депутаты ему не поверили.

Валерий Гартунг с удивлением прочитал в тексте законопроекта о чипировании пчел в ульях и рыбы в пруду. Как это возможно сделать, осталось непонятным.

Депутат фракции эсеров Михаил Делягин обрадовался шансу блеснуть познавательным остроумием: «Поскольку всё это объясняется заботой о борьбе с эпизоотиями, правильно ж я понимаю, что существующая служба борьбы с ними, в данном случае ветеринарная служба, обанкротилась, работать не может и свои задачи не выполняет? Предусматривает ли этот закон ее ликвидацию, раз она не справляется со своими обязанностями до такой степени, что нам нужно всё сельское хозяйство ставить на уши? Это первый вопрос.

Второй вопрос. Вот кричащий, как вы говорите, запрос отрасли. Правильно ли я понимаю, что это запрос, с одной стороны, производителей чипов, потому что будет подзаконный акт? Мы же помним, как Дворкович аквариумных рыбок собирался чипировать. <…> С другой стороны — это аграрные олигархи, которым нужно зачистить малых и средних производителей, чтобы они не могли конкурировать с ними. Вы с агрохолдингами общались или вы мнение личных подсобных хозяйств тоже слушали?»

Иван Лебедев в ответ пустился в пространные пояснения, что ситуация разная и работа ветеринарных служб зависит от бюджетной обеспеченности.

Думский защитник животных Владимир Бурматов без особой надежды на успех попытался реанимировать свою миссию.

Он спросил: «Будет ли исполнено поручение Президента Российской Федерации, заключающееся в том, что было поручено наладить учет и идентификацию домашних животных в том числе? Вообще с 2015 года по действующему законодательству она у нас должна существовать. Насколько мне известно, в проекте закона раньше эта норма проектировалась. Потом она куда-то пропала. Из-за этого масса проблем возникнет. Будет продолжать с перебоями работать закон об ответственном обращении с животными. Люди не смогут найти своих потерявшихся кошек и собак. У нас нельзя привлечь к ответственности людей, которые плохо относятся к своим животным и выбрасывают их. Мы видим, что в законопроекте не учтены интересы 60 миллионов российских граждан, владельцев 20 миллионов собак и 40 миллионов кошек. Планирует ли ведомство исправить эту недоработку?»

Лебедев признал, что такое поручение президента существует.

«Действительно, есть такое поручение Владимира Владимировича Путина, президента нашей страны. Мы его планируем исполнить. И, исходя из тех докладов, которые делает сегодня Министерство сельского хозяйства на площадке Аппарата правительства, в Администрации президента, мы говорили о том, что мы совместно попробуем проработать, чтобы ко второму чтению в данной законодательной инициативе появились такие нормы», — обещал замминистра Лебедев депутату Бурматову.

Депутат Сергей Лисовский не выступал на пленарном заседании, но позиция его известна. Получилось так, что кошек и собак прицепили к законопроекту, чтобы затормозить создание единой базы по сельскохозяйственным животным просто потому, что коров в стадах значительно меньше, чем на бумаге. На самом деле законопроект был актуален давно, а сейчас, в условиях санкций, он скорее помешает, чем поможет.

Отдельный вопрос – духовная аспирантура. Председатель комитета СФ по науке, образованию и культуре Лилия Гумерова представила Думе на первое чтение законопроект о праве духовных образовательных организаций реализовывать программы подготовки научных и научно-педагогических кадров в аспирантуре.

Документ называется «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации».

Депутат фракции КПРФ Артем Прокофьев поставил резонный вопрос: «Все-таки хочется понять, как этот законопроект соотносится со статьей 14 Конституции Российской Федерации, что Россия — светское государство, религиозные объединения отделены от государства, и откуда все-таки такой запрос идет».

Ответ Гумеровой приведу без комментариев.

«Как я уже сказала, и раньше у духовных организаций такие полномочия были, мы лишь устраняем неточность. Но ведь они готовят кадры по аспирантуре не только по направлению теологии, есть ряд и других специальностей. <…> Когда мы совершенствовали законодательство по направлению эффективности аспирантуры, они просто выпали. Поэтому это полное соответствие Основному закону страны», — заявила Гумерова.

Я действительно не могу это комментировать из-за бесправия атеистов в стране. Просто хотелось бы напомнить профильным комитетам парламента, что у нас и с нормальной аспирантурой проблема, и диссертационных советов катастрофически мало. Лично я считаю, что аспирантура должна быть в каждом вузе, как и свой научный журнал, и диссертационный совет. Духовное образование — это другое, с ним можно работать только в храме, и вот там ответственных специалистов слишком мало.

А началось пленарное заседание Думы во вторник с жалобы эсера Дмитрия Гусева на СБУ.

«Я хотел обсудить документ, который большинство депутатов Госдумы получили по электронной почте от Службы безопасности Украины. Этот документ – постановление о привлечении в качестве подозреваемых по уголовному преступлению на территории Украины, которое мы как депутаты совершили.

Речь идет о нашем обращении к президенту от 15 февраля. Так вот, Служба безопасности Украины привлекает нас как подозреваемых по этому делу — по нарушению территориальной целостности Украины, совершенному группой лиц по предварительному сговору и повлекшему тысячи человеческих смертей.

Это серьезное государственное преступление, и «двушечкой» мы тут не отделаемся. Светит нам по «четвертачку», я так думаю», — волнуется Гусев.

Радости у председателя Вячеслава Володина это выступление не вызвало. Поскольку вопрос прозвучал, надо было что-то предпринять, чтобы его закрыть.

«Мы должны с вами понятно как реагировать, и точно не выносить сюда никакие разговоры. <…> Вот Коломейцеву никто ничего не присылает… Потому что у него нет электронной почты», — сказал Володин и попросил не обсуждать в сети возможные меры противодействия, поскольку всемирную сеть контролируют США.

Гусев сам же и оказался виноват. Инициатива наказуема.

А пока Дума готовится к годовому отчету Банка России, который пройдет в четверг, 21 апреля. Проект постановления разрабатывает комитет по контролю. Скользкий вопрос – как обеспечить оплату российского экспорта в той валюте, на которую можно что-то купить без риска. По мнению председателя комитета Олега Морозова, если мы не настаиваем жестко на рублевой оплате за газ, значит, нам это выгодно. Квазирублевые расчеты лучше, чем отрубить газ. Иначе Китай потребуете скидки в 75% в роли монопольного импортера.

Но есть и гораздо более серьезный вопрос, который волнует депутатов, — выезд за рубеж вслед за богемой носителей государственных секретов и в том числе членов правительства. Защитной меры они не придумали.

Лев Московкин.

Фото Ольги Давыдовой

Государственная Дума
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x