Как нам обустроить наше здравоохранение

Пресс-конференция председателя Комитета Государственной Думы по охране здоровья Дмитрия Хубезова состоялась 22 сентября в самый разгар напряженного заседания палаты.

Государственная Дума
Госдума. Ольга Давыдова / mospravda.ru

Как и его предшественник на этом посту, Хубезов — хирург по специальности и опыту работы.

Первое, что должен отметить, после этой пресс-конференции я переменил свое мнение о председателе комитета по охране здоровья. Сначала казалось, вот еще один бесполезный единоросс на посту. Либо лоббист чего-то вредного для страны, либо фанатично верноподданный, либо просто некомпетентный. Всякое бывало. Оказалось, это возможно лучший председатель комитета по охране здоровья. Однако посмотрим, восьмой созыв Думы пока еще разгоняется.

Дмитрий Хубезов кратко отметил, что уже сделано в последнее время по телемедицине и дистанционной продаже рецептурных лекарств и первой помощи. О негативе не говорил, что звучало в Думе о продаже наркотиков или отказе согласовать укладку для первой помощи. Далее в основном говорил о том, что надо сделать.

Кавычить высказывания депутата невозможно, потому что приходится убирать множественные повторы и слова-паразиты, в некоторых случаях додумывать и заполнять логические пробелы. Да и смысл сказанного так более понятен. На мой взгляд, он важен. Новый председатель комитета по охране здоровья впервые задумался об охране труда медиков от атак с целью разрушения системы здравоохранения.

После пресс-конференции остались существенные вопросы. Я их приведу после описания того, что сказал председатель комитета по охране здоровья Дмитрий Хубезов.

Он начал с традиционной темы. Все осенние месяцы будут посвящены рассмотрению бюджета. Никаких сомнений нет, все будем посвящать этому, чтобы каждый пункт был прописан. Все, что касается здоровья наших граждан, имеет приоритетное значение. Законопроекты которые будут обсуждаться, так или иначе вносились единороссами. Кроме бюджета, будет рассматриваться, вне всякого сомнения, вся социально-экономическая жизнь нашего общества.

По крайней мере, пару-тройку лет будет определять ситуация на фронте. Поэтому в форсированном режиме будет приниматься закон о первой помощи. Крайне необходим, потому что мы видим, так или иначе обстрелы наших территорий продолжаются.

Следующая группа касается развития нашей высокотехнологичной медицины — телемедицины. Законопроект о дистанционной торговле уже рецептурными препаратами. Первый шаг был сделан как раз в 2020 году во время коронавируса. Тогда мы сделали возможным продажу нерецептурных лекарственных препаратов.

Хубезов видит, насколько это оказало положительное воздействие и на скорость распространения ковида, насколько удобнее было нашим гражданам приобретать эти препараты. Сейчас мы идем дальше, делаем второй шаг. Пока это в идее эксперимента на три года. Московская область, Москва, Белгородская область. Законопроект в первом чтении принят.

Другое направление, над которым Хубезов намерен работать, можно назвать декриминализацию медицинской деятельности. По факту ряд статей не позволяют судить о работе медиков. Прежде всего, какие пути мы видим для решения проблемы. Фундаментальная цепь решений выглядит так: отойти от понятия медицинской услуги к медицинской помощи. Это то, что ждут от нас медики. Вне всякого сомнения, мы оказываем помощь, а не услугу. И все-таки один из шагов, чтобы сделать в обществе профессию врача уважаемой.

Наши медики этого достойны, это мы видим по их отношению во время пандемии к своим обязанностям. Не щадя здоровья и где-то даже жизни подходят к решению основных задач. Это мы видим по специальной военной операции, одними из первых медики поехали в зону конфликта. Более тысячи человек там побывали, из них пятьсот добровольцы, которые брали отпуск и ехали туда абсолютно бесплатно.

Можно пойти таким путем, а здесь не все так просто, потому что большинство и международных документов, и наших финансово-правовых документов описывают все как медицинскую услугу. Если мы пойдем по этому пути, очень много придется менять в документообороте. Это требует больших усилий и времени.

Хубезов хочет убирать статью 238 Уголовного кодекса об оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности. Эта статья является одной из самых тяжелых для медицинских работников, от нее мы сразу уходим.

Следующим шагом является совершенствование правоприменительной практики. Такие понятия, как обоснованный риск, крайняя необходимость. Более широко применять их для защиты наших докторов. Ну и есть еще целый ряд законопроектов, их можно назвать «рутинными», они делают правовой понятийный аппарат более правильным.

Хубезов назвал направления, которые будут стоять в повестке комитета. Плюс проведение нескольких круглых столов, и будет большая выставка, посвященная 75-летию ФМБА. Эта служба, конечно, помогает, и опять же в связи с СВО большую нагрузку несет. Председатель комитета обещал, что важные вопросы, которые волнуют и врачебное сообщество, и пациентов, будут освещены. Корректировку с учетом понятных событий комитет вносит. Ситуация сейчас переломная. По сути, речь идет о нашей безопасности, суверенитете нашей страны как таковой. Направленные на это законопроекты будут иметь первоочередное значение и всяческую поддержку с стороны комитета по охране здоровья.

Вопрос о внесении законопроекта о праве врача на обоснованный риск не поставил депутата в тупик, хотя Минздрав дал на него отрицательное заключение.

Хубезов ответил на этот вопрос так. Право врача на обоснованный риск уже есть и зафиксировано в Уголовном кодексе. Здесь нужно идти по пути правоприменительной практики. То есть чаще эту практику применять. Он сам по специальности хирург, и знает, что хирург-трус обречен всегда на неудачу. Хирург думает, а вдруг что-то случится, или он для сохранения жизни и здоровья идет на обоснованный риск. Ему ближе онкология. Например, большая опухоль врастает в органы, сосуды и хирург идет на риск, чтобы спасти жизнь. Он рискует получить кровотечение, с которым не всегда справишься. В этом случае врач должен быть защищен, вне всякого сомнения, он идет на этот риск обоснованно. Другое дело, если есть какие-то моменты, которые он не учел, а должен был учесть, здесь уже совершенно другая трактовка. Но, безусловно, мы должны защитить докторов, которые рискуют здоровьем пациента, но для спасения его жизни.

Здесь никаких сомнений нет, понятия уже заложены в Уголовном кодексе. Надо более широко применять их на практике, вот и все. Мы обсуждаем, стоит ли акцентировать на этом внимание, если уже заложено. Не хочется делать масло масляным.

«Хороший вопрос, абсолютно правильный», – оценил Хубезов. По его словам, при выборе региона для эксперимента по дистанционной продаже лекарств, основополагающим был вопрос, насколько внедрен электронный рецепт. В планах Минздрава все регионы должны перейти на электронный рецепт в максимальном варианте. Система должна быть отработана.

Вообще, использование телемедицинских технологий в первичном звене как то, и на ФАПах уже реализуется, выделенные линии есть, фельдшер-врач консультируется достаточно хорошо. Есть другая программа, где медицинские помощники, девайсы с функцией дистанционной передачи данных также используются. В программе модернизации первичного звена немаловажным компонентом является реализация этого момента. Ждем более широкого его использования и внедрения буквально в ближайшее время.

Вопрос медицинского образования близок для главы комитета. По примеру Боткинской больницы в Рязанской областной больнице создали возможность для тренировки хирургов. Симуляторы туда принесли. Коробки вообще у всех дома были для эндоскопических навыков. Он сказал, что повезло, был университет, где был ветлаб и хирурги там тренировались на минипигах уже на живой ткани. Есть симуляционный центр, который открыт в Боткинской больнице. Но больница сама ординаторов не учит. Учат все равно образовательные учреждения, наши университеты. Если на базе больницы есть хороший симуляционный центр, это здорово. Когда у врача есть время, он приходит и тренирует навыки. Потому что хирургия абсолютно тренируемая, и кто хочет достичь успехов, он не только читает научные статьи и посещает конференции. Это тренировка мануальная. Свободного времени, как правило, очень мало, и только поздно вечером.

Импортозамещение лекарств для комитета очень важный вопрос. Лекарственная безопасность один из приоритетных вопросов народной программы ЕР и одна из составляющих суверенитета страны. На прошлой сессии приняли закон, который расширяет возможности производства препаратов из плазмы крови. Уже есть завод, и производят высокотехнологичные и жизненно важные препараты.

Если говорить в целом, ситуация с лекарственным обеспечением, льготным лекарственным обеспечением, наиболее волнующая наших граждан, и в моменте может где-то какого-то лекарства не быть. Но в целом ситуация стабильная, работает Минздрав, работает Минпромторг. Все вместе. Это приоритетнейшее направление, жизнь и здоровье наших граждан. И наши граждане могут быть спокойны.

Отличный вопрос о постковидной реабилитации Хубезов прокомментировал через бюджет. В бюджете заложено на медицинскую реабилитацию 10 млрд ежегодно, прежде всего постковидную. Сейчас суммируют и обобщают опыт регионов, где есть наиболее продвинутые центры. Один из лучших опытов это Екатеринбург. Уже есть клинические рекомендации, которые надо реализовывать.

Вопрос по цифровизации уперся в ВОЗ. ЕГИС «Здравоохранение» написана на зарубежных языках программирования. Там могут быть закладки для передачи персональных медицинских данных. Используется единый язык программирования, и вопрос передачи данных третьим лицам стоит на уровне ВОЗ.

Хубезов ответил так, как смог, потому что он не совсем айтишник. Всегда этот вопрос стоит, мы видим утечку персональных данных. Все мы понимаем, просто персональные данные утекли, и совсем другое дело, если утекли персональные данные по заболеваниям, которые составляют в том числе и врачебную тайну. Мы всегда задаем этот вопрос, и он встал при обсуждении законопроекта о дистанционной торговле лекарствами, будет или не будет перекрест электронного рецепта с персональными данными.

ВИНИС – информационно-аналитическая система, предназначенная для управления клиническими медицинскими службами по профилям медицинской помощи, включая блоки управления и организации медицинской помощи, качества оказания медицинской помощи, а также вовлеченности пациентов в мониторинг собственного здоровья (zdrav.ru) — это вообще вертикально-интегрированная система. Это предмет нашей гордости, потому что такие данные могут доводиться до конкретного врача и конкретного пациента. Уникальная система. Если мы говорим в целом об информационном контуре, есть более и менее продвинутые регионы. Есть более продвинутые системы, которые используются для поддержки врачебных решений. По сути страхуют врача от ошибок, экономят его время. Следующее направление деятельности – дебюрократизация, уменьшение количество бумаг, максимальный перевод их в электронный оборот. Самое главное, освободить время врача, чтобы он больше внимания мог уделить пациенту, а не заполнению документов.

Об охвате здравоохранением сельских поселений Хубезов рассказал развернуто. На первое место он поставил даже не качество медицинской помощи, а доступность.

«Вообще эти два критерия всегда идут рядом. Их нельзя один выше другого ставить. Но я возьму на себя смелость и сейчас поставлю доступность медицинской помощи чуть-чуть выше, чем качество. Особенно в сельских поселениях и труднодоступных регионах. Здесь ничего нового не скажу, за счет целевых направлений и за счет того, что субъекты предлагали, чтобы удержать специалистов. Два здесь момента. Первое привлечь, но это даже не самое главное, еще более главное удержать на месте. Каждый регион имеет свою программу. Например, предоставление земельного участка. Федеральные программы «Земский врач», «Земский фельдшер» никаких вопросов нет, они должны работать. Есть регионы, которые дают участок, усадьбу с домом, если человек пять лет отработал на месте может выкупить на 50%, если десять — бесплатно. Продуманная программа, если человек десять лет отработал, он уже родной и не уедет. Если человек три года отработал и потом приехал другой, это не то, что мы хотим. Мы хотим, чтобы был настоящий земский доктор, семейный доктор, который знает лучше любого другого врача всех своих подопечных пациентов. Он к кому-то даже придет, когда не болеет. Он понимает, вот сейчас осень, или весна, риск обострения каких-то хронических заболеваний. Придет к нему чайку попить, а сам поймет, есть обострение или нет. Такую лучшую практику, которая была у нас раньше, нужно возвращать. Как раз о таких докторах речь и идет», – рассказал глава комитета.

О мобилизации медиков Хубезов назвал цифру три тысячи человек. Это один процент всего из общего мобилизационного ресурса. Прежде всего, фельдшера-мужчины, которые могут вытащить человека с поля боя, достаточно такие крепкие.

Самое главное, что все должны понять, выбирать будут тех, кто уже имеет боевой опыт, это, прежде всего, выпускники Военно-медицинской академии, уже побывавшие в горячих точках. Если мы говорим о врачах, это, прежде всего, реаниматологи и анестезиологи, хирурги и травматологи. Чем выше квалификация доктора, тем больший  опыт он будет передавать. То есть в более крупных госпиталях работать. Что касается государственных или частных, набирать будут тех, кто имеет опыт военно-полевой медицины и медицины катастроф.

Если человек работает в частной клинике и не имеет представления, как правильно перевязать рану и остановить кровотечение, таких призывать не будут. Поэтому приоритет будет отдаваться государственным учреждениям, где больше срочной хирургии, больше экстренных случаев. Частная хирургия, наверное, единичные клиники есть в стране, которые по этому принципу работают. Мы должны исходить из здравого смысла. Нет смысла призывать того, кто не умеет.

Еще одна позиция, никто не будет выдергивать последнего доктора из отдаленного района, оставляя население без медицинской помощи. Еще раз повторяем: здравый смысл и максимальный объем медицинской помощи нашим ребятам.

Будут ли рассматриваться вопросы медицины в условиях ЧС? Насколько первичное звено встроено в систему электронного документооборота, включая электронные бюллетени и рецепты?

После референдума Донбасс будет частью России. В комитете долго говорили о синхронизации законодательства и шли по этому пути. Это хорошо, им будет легче. Там не страховая медицина, она ближе к той системе, которая была у нас раньше до страховой медицины. Те шаги, которые мы предпринимали, сделают переход более плавным и легким.

Доктора, которые там побывали, видели, как это работает, и мы уже изнутри знаем, как и что нужно изменить в них. Хотя вначале на этот момент внимания не обращали, но это очень полезно для законодателей, мы уже знаем, что нужно поменять и не надо у них сращивать, чтобы быстро и безболезненно для них переходить на нашу систему.

Хубезов помнит по себе, когда мы переходили из одной системы в другую, было много вопросов. И ругали эту систему, но та система ОМС, которая сейчас есть, во многом потери убрала. Мы стали более эффективны и рачительны, это во многом заслуга этой системы, и никто ее не оспаривает.

Так говорил председатель комитета по охране здоровья Дмитрий Хубезов.

А я приведу свои аргументы. И это мое мнение.

Чтобы профессионально ответить на вопрос об утечке данных, не надо быть айтишником, достаточно прочитать автобиографический роман Сноудена «Личное дело». Ну и с позиций депутата знать ситуацию в России не только в здравоохранении. Огромные проблемы с ГИС ЖКХ. Создание ОГАС было заблокировано лично Хрущевым, и США получили колоссальные преимущества. В постсоветское время после создания Государственной Думы в аппарат и депутатский корпус были внедрены резиденты и инсайдеры для блокирования цифровизации. Параллельно Майкрософт с помощью коррупционного подкупа пролоббировала в правительстве внедрение своих программ и в натуре убивала отечественные разработки ПО. Когда процесс был в целом завершен, запустили галопирующую цифровизацию (определение Игоря Ашманова).

В результате Россия имеет только одну реально работающую ГИС, это ГАС «Выборы», на которую идут массированные технические и политические атаки. На это направлены гигантские ресурсы, финансовые и интеллектуальные. Выявились расхождения в реестрах. Все остальные ГИС начиная с ЕГАИС по алкоголю, испытывают регулярные катаклизмы, стали черной дырой как для бюджетных средств, так и для шпионской информации..

Данные о заболеваниях даже без персональных данных, просто в сочетании с метаданными о месте и времени ввода, служат бесценным материалом для разработки оружейных технологий в медицине и культуре. Наряду с приватной перепиской, их пропускают через программу PRISM. Основная цель – государственные перевороты. Дополнительные цели состоят, например, в срыве вакцинации во время вспышек определенных заболеваний. Так было с корью на Украине. Вспышки начались и в России.

Санитарно-эпидемиологические данные по России, Украине и Белоруссии представляют для США особую ценность в связи с высоким уровнем врачебной подготовки и относительной точностью диагнозов. В США получить реальную картину невозможно из-за деградации их страховой модели здравоохранения. Для разработок Пентагона им проще завозить жидкости и ткани больных из России.

Очень жаль, что Хубезов не в курсе, и данный факт, видимо, не случаен.

Тут я должен отметить, что в профильных министерствах по экономическому развитию, финансам, образованию, науке, здравоохранению, жилстрою и культуре сидят, на мой взгляд, наиболее сильные инсайдеры – лоббисты интересов глобализации. Тамошние чиновники понимают в IT меньше депутата Хубезова, что не мешает им эффективно тормозить развитие России. В оборонке такого не видно.

Вопросы к нему естественно остались очень существенные, основополагающие. Например, чтобы проводить постковидную реабилитацию, надо разобраться, что это было. Ответ в значительной степени был дан на Научных советах РАН, которые на той же площадке МИА «Россия сегодня» проводил замещенный президент РАН Александр Сергеев.

На пресс-конференции Хубезова не видно было, чтобы присутствующие журналисты уделили внимание тем мероприятиям.

Серия мероприятий «Sputnik» с ведущими СМИ разных стран мира показали высокую роль медийных вирусов в развитии популяционной иммуносупрессии. Описанные в том числе психиатром Зурабом Кекелидзе последствия связаны скорее с виральностью информационных заготовок, чем с ковидом или какими-то другими вирусами, которые стимулировала инфодемия.

Разрушение системы здравоохранения на Украине делается открыто, что следует из выводов сопредседателя парламентской комиссии по расследованию деятельности биолабораторий США Ирины Яровой. В России ситуация иная. В соответствии с заключением председателя сенаторской комиссии по защите суверенитета Андрея Климова, каждый отдельный факт кажется случайностью, но вместе они складываются в пазл. Так вот, на мой взгляд, этот пазл составляет картину глобальной деятельности на основе фашистской идеологии сокращения лишнего населения.

Сюда же относится антивакцинальная кампания, описанная на уровне государственной политики в антиутопии Бена Элтона «Слепая вера». Надо не к совести взывать, а закрыть все НКО зарубежного финансирования.

Перед операцией по поводу грыжи позвоночника в июне, когда меня закатили в операционную, заметил прогресс в освещении. Спросил хирурга, он показал фирменный логотип на осветителях и сказал, что для нас наша промышленность ничего не делает. Вопросы остаются, и они не к комитету по охране здоровья. На Украине сохранилась более прогрессивная модель здравоохранения, потому что там не надо изобретать оптимизацию или невыполнимые протоколы лечения, чтобы ее уничтожать. Нет там и страховых присосок-посредников, выкачивать деньги попросту нет возможности. Было бы логично, мне кажется, на примере четырех новых регионов синхронизовать медицину в России в сторону базовой модели Украины, но так у нас вопрос не стоит. Председатель думского комитета по труду и социальной политике Ярослав Нилов постоянно и безрезультатно высказывается против страховой модели. Ну и коммунист Николай Коломейцев неоднократно требовал вернуть систему Семашко.

Так что председателю комитета надо чаще на пленарные заседания ходить или хотя бы стенограмму читать, прежде чем отвечать на вопросы журналистов. Если бы журналисты это делали, большей части вопросов не было бы. Номинально диспансеризация существует, но я, например, ее проходил последний раз в 90-е, да и то фиктивно.

Важнейший вопрос был поставлен в Думе и заглушен о выходе из ВОЗ. Через нее реализуется часть программ фашистского сокращения лишнего населения, о чем говорит Михаил Ковальчук.

Когда я слышу о ЗОЖ, это вызывает ненависть. Все мои болезни с младенчества от двух причин – организация медицины и организация труда. Потому что другого заработка не было, кроме тяжелого и опасного физического труда. В младенчестве меня едва спасли, вытащив из больницы, и во время пандемии опять была повышенная госпитальная смертность. Причина вроде другая, а по сути та же административка. И когда зрение терял, полгода болтался в неведении, что надо срочно вводить генно-инженерный препарат, а не очки подбирать, пока сетчатка не умерла. В моем случае доступность медицинской помощи, которую Хубезов ставит выше качества, оказалась искусственно блокирована. Причем вовсе не в сельских поселениях или труднодоступных регионах, где обеспечить доступность помощи намного сложнее и дороже. На ту же роль претендует телереклама.

На второй год ковида глава Минздрава Мурашко принял волевое решение отказаться от госпитализации, и смертность поползла вниз. Существенной причиной смертности была ИВЛ, о чем мне на десяток лет ранее говорил депутат-академик Сергей Колесников.

Невозможно, кажется, обойти вопрос новой формы повышения квалификации через конференции. Набрать баллы по редким специальностям очень трудно. В России проблемы со всеми редкими специальностями – эндокринологи, дефектологи, логопеды и даже генетики стали редкими до исчезновения. Вывернута наизнанку советская деонтология под названием биоэтика, занимается больными фантазиями, что может быть случится, чтобы затормозить развитие медицины и медицинской генетики. Для хирургии такой подход Хубезов считает неприемлемым.

Отдельный вопрос гипердиагностика аутизма. Она приносит много вреда как вполне полноценным детям, так и в плане отказа от адекватного лечения девиаций. С психиатрией в США хуже всего, а они у нас остаются законодателями мод даже когда напрямую против нас воюют.

На пресс-конференции возник вопрос о качестве медицинского образования. Ответа не возникло, он был дан раньше, когда председатель Думы Вячеслав Володин поднял тему финансирования высшего профессионального образования по разным специальностям. Но есть еще один момент. В Израиле все евреи стараются попасть к русому врачу. Так что начинать надо с изоляции страны от импорта инфляции не только финансовой, но и образовательной и научной. Нужна обратная реформа патологоанатомической службы, а не увлечение симуляторами. Мне 75 лет, и я не хочу, чтобы меня хоронили. Я хочу, чтобы меня любили при жизни, а потом пусть студенты на мне тренируются. В России это практически невозможно, трупы приходится импортировать.

Остальные заявления мне тоже кажутся странными.

Лев Московкин.

Государственная Дума
Подписаться
Уведомить о
guest
1 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Викторович
Викторович
2 месяцев назад

Статья очень интересная, но специфичная. Простому человеку важнее всего знать, что если ему потребуется помощь медиков, он может зайти в любое медучреждение и получить необходимую ему помощь.

1
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x