Белые ночи Венеции

2 ноября на сцене Мемориального музея космонавтики состоится премьера спектакля «Белые ночи Венеции». Дата премьеры выбрана не случайно: проект посвящен памяти Лукино Висконти, родившегося 2 ноября — режиссера,  сумевшего соединить две великие культуры — русскую и итальянскую. Это история о мимолетной, но судьбоносной встрече. О мгновении, которое способно перевернуть привычный ход жизни.

В свое время магия Санкт-Петербурга и Венеции сподвигла Висконти на создание  киношедевров — «Смерть в Венеции» и «Белые ночи». Именно эти два великих произведения Томаса Манна и Фёдора Достоевского стали основой нового спектакля.

… Два завораживающих, мистических города, две великие цивилизации — русская и итальянская, два языка, равноправно звучат в спектакле. Главным для создателей стало исследование человеческой души, космоса человеческого сознания, проблемы одиночества, познание красоты, любви, жизни.

Художественным руководителем проекта, продюсером и исполнителем одной из главных ролей выступает заслуженный артист России, актер Театра имени Евгения Вахтангова Владислав Демченко.

Влад Демченко
Влад Демченко

— Мне всегда хотелось поработать с художником-сценографом Светланой Конеген, — рассказывает актер Владислав Демченко. — Мы с ней большие друзья. Во время пандемии каждый день общались по телефону – Света живет в Италии, я – в Москве, но оба родились в Ленинграде. Вот во время этих разговоров, во время этой разобщенности, и появилась идея: а что если соединить сценически два великих города — Санкт-Петербург и Венецию? Я подумал о том, что если мы в спектакле собираемся опираться на классическую литературу, то единственное, что можно было бы соединить в данном случае — это «Белые ночи» Фёдора Михайловича Достоевского и «Смерть в Венеции» нобелевского лауреата Томаса Манна. С этого все и началось. Еще несколько лет назад проект был мечтой, границы воплощения его казались размытыми, были неясны. Но потом молодой драматург написала оригинальное произведение, которое меня захватило по-настоящему.

Некий великий русский писатель — зритель может лишь гадать, Достоевский ли это, Бродский ли – находясь в  творческом кризисе, уезжает за новыми впечатлениями в Венецию.

Здесь он встречает Мечтателя-итальянца, влюбленного в своей город. Итальянец общается с домами, с каналами, дворцами Венеции, как с живыми существами. По сути, это тот самый Мечтатель, который так здорово написан у Достоевского. Такие Мечтатели, ведь, есть везде, некоторые даже считают их городскими сумасшедшими, но на самом деле они просто влюблены в свой прекрасный мир.

Для меня очень важной стала задача, как сделать, чтобы на первый план в нашей постановке вышли Петербург и Венеция. Действительно, весь Петербург, вся эта невероятная красота создана итальянцами – Доменико Трезини, Карлом Росси, Варфоломеем Растрелли. А в Венеции в свою очередь есть знаменитый Русский павильон Алексея Щусева, в Венеции на кладбище Сан-Микеле похоронены наши Иосиф Бродский, Сергей Дягилев, Игорь Стравинский…

Когда я встретил Марко (итальянский актер Марко Динелли – прим. корр.) и рассказал о своей идее,  он у меня спросил: «А ты помнишь, что Висконти  когда-то снял оба этих произведения на кинопленку?» Я хорошо помню фильм «Смерть в Венеции», но что Висконти снимал еще и «Белые ночи» с Марчелло Мастроянни в главной роли, как-то подзабыл… В тот момент я понял, что наш спектакль состоится, и мы посвятим его великому режиссеру Лукино Висконти.

Мой герой Писатель – воплощение очень сложных философских мыслей самого Томаса Манна. Их артисту даже физиологически сложно произносить, а уж тем более актерски доносить до зрителя. Персонаж  проходит через серьезную внутреннюю трансформацию. Человек в кризисе, он приезжает за новыми впечатлениями в чужой город, о котором всегда мечтал. И именно там понимает, что жил надуманной жизнью, варился в мире книг. Книги создавали его замкнутый мир, хотя именно благодаря им он и стал известен. Но реальной жизни вокруг себя герой не видел. В Венеции Писатель встречается со странным человеком, который первым делом просит у него автограф, они начинают беседовать. А потом еще и влюбляется впервые в жизни в незнакомую женщину. Нет, он ранее был женат, но полюбил по-настоящему, страстно, только здесь. Чувство делает его свободным, снимает шоры, дарит ощущение полета. Но оказывается, что и его приятель тоже влюблен в женщину – в ту же самую. Томас Манн  пишет замечательные слова «Любящий ближе к Богу, чем любимый». Очень важные слова.

Поскольку спектакль «Белые ночи Венеции» —  диалог двух великих культур, то совершенно органично, что главные роли в нем исполняют как русские, так  и итальянские артисты. Повесть Томаса Манна оживет в русском исполнении Владислава Демченко, а повесть Фёдора Достоевского  — в исполнении итальянского артиста Марко Динелли.

Марко Динелли
Марко Динелли

— Я очень люблю  прозу Достоевского, — рассказывает Марко Динелли, —  мне повезло, что я играю Мечтателя. В самом этом персонаже, на мой взгляд, есть зачатки  более мощных героев Достоевского — князя Мышкина, например.

Мы хотели показать два очень похожих города – Венецию и Санкт-Петербург. Встреча, которая происходит в спектакле  — не просто встреча двух разных характеров, но еще и встреча двух культур. Италия в мире более вызывает ассоциации с экспрессивностью, с интимной жизнью, а Петербург ассоциируется с ментальностью, с более рациональным человеческим началом. То есть для зрителя параллельно проходит встреча и взаимопроникновение двух городов и двух человеческих начал – романтизма Мечтателя и рационального мышления Писателя. В течение спектакля они немного превращаются друг в друга, приобретая ту часть, которой каждому из них не хватало до полноценной личности. Герой Влада Демченко приобретает романтический взгляд на мир, а мой герой — решительность, способность действовать.

Любопытно, что я играю свою роль на двух языках. Я ведь давно живу в Москве, с конца 1996 года,  так что в себе тоже чувствую некую русско-итальянскую «гибридность». Поэтический романтизм, восторженность, эмоции – это все мой герой доносит на итальянском, но потом они вытесняются размышлениями, философией, и Мечтатель переходит на русский. Моя собственная двойственность отчасти отражается  в этом персонаже.

Естественно, что подобная пьеса требует неожиданного режиссерского решения. Постановщик спектакля «Белые ночи Венеции» Лейла Абу-аль-Кишек это тоже прекрасно понимает. Лейла, кстати, ставила спектакли в Театре Вахтангова. Зрители их помнят – это «Фрида. Жизнь в цвете», «Нижинский. Гениальный идиот», «Обещание на рассвете».

Лейла Абу-аль-Кишек
Лейла Абу-аль-Кишек

— Венеция и Петербург, —  рассказывает режиссер, —  два города на воде, оба с романтической историей. Это города влюбленных, таинственные, загадочные, туманные. Сама история достаточно универсальна, она могла произойти где угодно, поэтому для нас главное, что именно происходит между героями.

Достоевский и Манн – очень разные авторы, но и в них есть общее. Герой одного – беден и неизвестен, второго – социально состоявшийся, очень известный, но оба при этом испытывают тоску. Оба одиноки. Не живут в «здесь и сейчас», а бредят  либо своими  мечтами, либо своими книгами. И обоих ждет судьбоносная встреча, в результате которой каждый начинает жить по-настоящему. Зрителю кажется, что именно женщина должна будет перевернуть их жизни. Но это не совсем так: женщина дарит им опыт любви, которого у них никогда не было, но им гораздо важнее опыт настоящей душевной человеческой близости. Герои открывают для себя, что любовь – чувство , которое находится внутри. И не важно, чем в итоге закончатся истории их взаимоотношений с этой конкретной девушкой. Не случайно в пьесе звучит прекрасный текст Достоевского: «Боже мой! Целая минута блаженства! Да разве этого мало хоть бы и на всю жизнь человеческую».

Таинственную Незнакомку в спектакле играет актриса Сидни Вичитодомини (Италия).

Сидни Вичитодомини
Сидни Вичитодомини

— Мы не знаем, кто она такая, эта Незнакомка, –рассказывает Сидни Вичитодомини. – Ведь очень часто мы для других являемся тем, что существует только в их воображении. Мы думаем, что знаем человека, а на самом деле просто придумываем себе какой-то образ, с которым пытаемся общаться, отсюда и недопонимание. Человек зачастую просто не может проявиться таким, каков он есть, потому что другие не способны его признать вне рамок своего воображения. Вот так и случается с моим персонажем. Что Незнакомка привносит в жизнь героев? Пожалуй, что она устраняет их иллюзии в отношении себя и мира. Покров спадает. И оба понимают, что им стоит смотреть на мир иначе, чем раньше.

Мне кажется, что это будет очень интересный спектакль, который совмещает в себе разные сценические приемы. У нас необычный видеоряд, сочетающийся особым образом с актерской игрой. Когда мне объяснили концепцию спектакля, это очень захватило: мы часто видим в проектах отдельно мультипликацию и отдельно театр. А тут будут какие-то фигуры, которые двигаются по экрану города, а потом прямо с улиц сходят на сцену — это очень интересно. Текст сам по себе в этих историях не был, как мне кажется, настолько объемным, если бы не этот замечательный режиссерских ход.

Еще я хотела отдельно отметить костюмы нашего художника Виктории Андриановой, руководителя собственного  Дома моды. Мой персонаж, например, будет переодеваться, чтобы Незнакомка выглядела каждый раз словно совершенно другим человеком. В этом спектакле все очень гармонично задумано.

Русско-итальянский театральный проект «Белые ночи Венеции» создан при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Помощь в создании спектакля оказал генеральный директор компании «Снежеть» меценат Виталий Явельский. Газета «Московская правда»  выступает информационным партнером спектакля.

Афиша

Елена Булова.

Фотографии предоставлены пресс-службой проекта

Подписаться
Уведомить о
guest
1 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Николай
Николай
3 месяцев назад

Надо идти в музей космонавтики на премьеру!

1
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x