Время, когда рушатся правила игры

Об особенностях текущего момента в экономике в ходе круглого стола, организованного «Ассоциацией менеджеров», рассказал профессор НИУ ВШЭ, президент Столыпинского клуба Евгений Коган.

По словам Евгения Когана, времена сейчас непростые, и они требуют нетривиальных решений:

«Экономика – это огромный взаимосвязанный механизм <…> Любой, даже относительно маленький субъект экономической деятельности – это сотни и тысячи связей. Поэтому проблемы одного (неплатежи и т.п.) вызывают цепочки колоссальных проблем. Поэтому когда говорят: «Ничего, это будут проблемы финансовой системы. Ничего, мы готовы ко всему», эти люди просто не совсем понимают законы экономики».

Коротко описывая ситуацию, в которой оказалась российская экономика сейчас, экономист отметил:

«Первое, что мы имеем сегодня - арестована большая часть резервов страны. Если бы Набиуллина или ЦБ РФ реально предполагали, что может быть, я убежден, что у нас была бы другая доля юаня, у нас была бы другая доля золота и т.д. То есть, это явно всё произошло спонтанно <…> Теперь пойдем дальше. Наша страна уже давно является интегральной частью большого мира <…> Сейчас мы видим, как закрываются лимиты, как компании уходят из России. Это просто риск-менеджмент! Им никто не давал указания, их никто не собрал в «парткоме» и не сказал: «Значит так, все единогласно голосуем и быстро уходим из России». Нет, они просто работают по стандартам риск-менеджмента. А риск-менеджер он ведь беспристрастный, он не за «красных», не за «белых». Он говорит: «Значит так. Есть риски, есть проблемы: мы можем получить неплатеж, мы можем получить непоставку, поэтому мы «обрезаем» это направление. В итоге десятки корпораций ушли от нас».

По словам экономиста, до геополитического кризиса объем ежегодного импорта в Россию был около 303 млрд долларов, а экспорта – более 494 млрд долларов:

«Если бы меня неделю назад спросили: «Евгений Борисович, вы предполагаете возможность дефолта?» Я бы покрутил у виска и сказал бы: «Ребята, какой дефолт?! У страны, у которой экспорт почти в 1,5 раза превышает импорт? То есть, у нее колоссальное положительное сальдо платежного баланса, торгового баланса. Наконец, такие колоссальные резервы – 600 млрд долларов. Наконец, профицитный бюджет. Наконец, рейтинги высокие, а ее финансовые институты полностью интегрированы в мировое хозяйство. Но за пять минут у нас изменилось всё! Мы получили рейтинг, слава тебе Господи, на одну милиступенечку выше, чем у Никарагуа, но почему-то ниже, чем у Аргентины при дефолте. Доходность по нашим надежнейшим еще вчера евробондам сейчас составляет 20 - 30% годовых <…> Это, в принципе, дефолтный уровень».

Кроме этого, очень серьезной проблемой, по мнению Евгения Когана, может стать программное обеспечение:

«Дело в том, что огромное количество наших финансовых институтов работают на том программном обеспечении, которое было. Другого просто нет в мире. Ну, может быть, есть у ракетчиков свое автономное, но его всё равно не передадут в гражданскую сферу. Поэтому как мы будем работать здесь, я не понимаю».

По его словам, сейчас надо осознать простую вещь, что та финансово-хозяйственная система, к которой мы привыкли, перестала существовать. И бизнес должен адаптироваться к новым условиям.

Естественно, за эту адаптацию тоже придется заплатить… Так, по прогнозам Евгения Когана, рост российской экономики в 2022 году значительно пострадает: при деэскалации конфликта падение ВВП может составить 2 - 4%. Но, как отметил экономист, всё будет зависеть от дальнейшего хода событий…

Сергей Ишков.

Фото Полины Гусаровой