Кому санкции, а кому — сверхприбыли

Фото: мобильный репортер / Агентство "Москва"

Почему курс доллара снижается, а цены — нет? Этим вопросом задаются все — от экономистов до рядовых граждан и даже некоторых представителей высшей власти.

Несколько дней назад в «Московской правде» было опубликовано мнение по этому вопросу специалиста департамента стратегических исследований Total Research Ярослава Островского. Вот что, в частности, он сказал:

«Многие товары просто перестали поставляться в Россию, и, учитывая определенный дефицит, вполне логично, что ритейл начинает задирать цены, и длиться это будет до тех пор, пока не будет налажена история с параллельным импортом, прежде всего логистически».

Всё верно. Только надо отметить, что любой импортер имеет солидный запас товаров, продуктов, закупленных по прежним ценам в долларах. Который может и должен продавать их по прежним ценам в рублях. А цены-то взлетели сразу же после падения курса рубля на бирже. И продолжали, и продолжают расти уже после мощного укрепления рубля.

Повторим фразу из интервью Островского: «Учитывая определенный дефицит, вполне логично, что ритейл начинает задирать цены».

Но, например и в частности, какой «дефицит» капусты, лука репчатого и моркови нагрянул сразу и вдруг? Никаких санкций на поставку этих продуктов питания не было и нет. Еще с 2014 — 2015 годов мы отказались от поставок сельхозпродукции из стран Европейского Союза, США, Канады, Австралии, Норвегии, Исландии, Лихтенштейна, Албании, Черногории.

Однако, по данным Росстата, с 1 января по 1 апреля 2022 года, то есть за три месяца, лук репчатый подорожал на 63,5%, морковь — на 53, капуста — на 85,5%.

Это значит, что процессы одномоментно никак не связаны. Значит, что для кого-то санкции и кризис, а для кого-то — сверхприбыли?

Не случайно Ярослав Островский употребил здесь слово «логично». То есть и для него, для специалиста, как и для нас, рядовых потребителей, «вполне логично», что ритейл (розничная торговля) откровенно наживается на ситуации. И ему, ритейлу, начхать на Федеральную антимонопольную службу и прочие государственные  органы.

В начале года «Московская правда» писала, что вот уже 30 лет существует закон РФ «О защите прав потребителей», регулярно принимаются отдельные документы Министерства финансов, правительства «по выявлению необоснованного роста цен на социально значимые продукты и товары».

Но слова остаются словами. Производители, поставщики, торговцы слушали и наживались. Возможно — ухмылялись.

Теперь же, в свете новых масштабных санкций, об этом вроде бы и говорить не приходится. Будущее, как все понимают, не безоблачно. Да, рубль укрепился: к 5 мая курс доллара на Мосбирже опустился до 66,3 рубля. Но это во многом основано на административных мерах.

«Факторы укрепления рубля остаются прежними — это ограничение на движение капитала и резкое сокращение импорта. Все вместе формирует на рынке избыток валюты», — так объясняет текущую ситуацию начальник отдела банков и денежного рынка компании «Велес Капитал» Юрий Кравченко.

То есть не следствие реального экономического положения. И потому нет недостатка в мрачных прогнозах.

Уход иностранных фирм с российского рынка продовольственных товаров и услуг означает не только снижение ассортимента, но и устранение конкуренции. Скажем, вместо бигмаков будут только исконные расстегаи. Причем… уже по другим ценам.

Восемь лет назад, когда мы ввели эмбарго, по-русски говоря  — запрет, на ввоз продуктов из Америки, Австралии, Европы, значительная часть населения повторяла вслед за телевидением: «У нас будет всё свое — и дешевле». И ведь основания были и есть: земли-то необъятные, плодородные. Однако по данным Росстата, за первый же год, с июня 2014-го по июнь 2015-го, говядина выросла в цене на 22%, подсолнечное масло — на 29%, рис и замороженная рыба  — на 37%, яблоки — на 38%, сыры — на 18%,  морковь — на 74%, гречка — на 89%.

С тех пор цены только растут.

Что случилось? Сельхозпроизводство — все-таки не автопром или самолетостроение. В нем нет такой зависимости от западных высоких технологий, лицензий, комплектующих. Вроде бы и народ сельский не забыл труд на земле, испокон веков сами умели пахать, сеять, скотину выращивать.

Значит, «отечественные производители», прежде всего — агрохолдинги, объединенные с торговлей, доставляющие продукты «от поля до прилавка», воспользовались и пользуются ситуацией.

А затем продолжилось вытеснение уже своих, российских конкурентов. Фермеры, владельцы личных подсобных хозяйств не в состоянии соперничать с агрохолдингами, поскольку не имеют выхода на систему розничной торговли. Практически все чиновники на всех уровнях благорасположены, скажем так, к гигантским компаниям, имеющим многомиллиардные обороты. Такова реальность. Однако россияне по-прежнему задаются вопросами и, похоже, не теряют ожиданий. Не только рядовые граждане, а даже и высокопоставленные.

Поэтому закончу статью большой цитатой из выступления председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко на заседании Совета законодателей 27 апреля:

«Я боюсь, что под санкции сейчас начнут многое списывать. <…> Рубль резко просел – все ценники переписали, как будто везде есть долларовая составляющая. Все цены выросли от 30, до 50, 70%, причем на все. Рубль стабилизировался <…>  И граждане ожидали, что сейчас и ценники перепишут. Никто не переписал вниз. Почему? <…> Коллеги, ну, так нельзя пользоваться ситуацией, это нечестно, неправильно, недобросовестно со стороны тех, кто это производит, и торговых сетей. Давайте вернем, поставим все на место, вместе с рублем поставим старые ценники <…> Из глухой деревни одного из регионов пишет письмо фермер <…> Он говорит: я не прошу у государства ничего, мне от государства ничего не надо. Две проблемы: дайте мне продать мою продукцию. Сети не берут <…> Дальше: в школы, больницы не берут, потому что так называемый закон №44, уже там прикормлены везде компании. Почему в школы, в детские сады не поставить свежую молочную продукцию? На рынке не пробиться фермеру. Там спекулянты и перекупщики. Вот вам и цена. Короче, Дмитрий Николаевич (обращается к министру сельского хозяйства Патрушеву — С. Б.), я от вас не отстану. От губернаторов не отстану. Наладьте систему поддержки фермеров – маленьких, средних, больших, помогайте им без препятствий, без бюрократии продавать свою продукцию <…> А с сетями (торговыми сетями — С. Б.) вообще надо разбираться. Зайдите на Западе в любой магазин – там обязательно отдел фермеров и местных товаров. Обязательно! У нас пробиться нашим товаропроизводителям невозможно <…> Это что такое? Власть есть в стране?»

Это эмоциональное выступление свидетельствует, что Валентина Ивановна Матвиенко близка к народу. Но, боюсь, страшно далека от реальности.

 Сергей БАЙМУХАМЕТОВ.

Фото мобильного репортера / Агентство «Москва»